Тропа Кайманова стр. 400
спокойно сказал:
— Я не воюю против женщин, даже если они в военной форме. Задержать вас меня вынудили чрезвычайные обстоятельства...
— Я требую, чтобы меня немедленно освободили! — прервала его Светлана.
— В вашем положении трудно что-либо требовать, — заметил Клычхан. — В чем понадобится помощь, сделает вот она...
Светлана обернулась и увидела женщину в чачване, затащившую ее в западню.
— Вы должны знать мои условия, — продолжал Клычхан. — Ни Кайманов, ни ваши раненые никогда больше не увидят свою милую докторшу, если полковник Артамонов не пропустит меня и моих джигитов обратно за кордон... Проще это сделать Кайманову: полковник далеко, ему еще надо принимать решение, а Кайманов здесь, рядом... Советую вам быть благоразумной...
Вход в старую штольню темнел всего в каких-нибудь ста метрах. Бандиты каждую секунду могли открыть огонь.
Яков действовал как в полусне, словно что-то умерло в нем, стиснув сердце, так и не отпуская его. Он понимал, что может быть только один ответ на ультиматум Клычхана, и всем своим существом не соглашался с этим ответом. Слабая надежда на какую-то случайность, счастливое стечение обстоятельств еще поддерживала его, но слишком хорошо знал он беспощадный нрав главаря укрывшихся в штольне бандитов.
Полковник Артамонов взмахнул рукой. Цепь пограничников двинулась через поляну, из штольни ударила автоматная очередь. Ответом был винтовочный залп пограничников. Завязалась перестрелка.
Вдруг совсем с другой стороны раздался цокот копыт, донесся пронзительный женский крик:
— Я-а-а-ша-а-а!
Яков вскинул голову и увидел на горной тропе Клычхана со связанной Светланой поперек седла.
Вскочив на коней, Яков, Галиев и еще несколько пограничников бросились в погоню.
— Я-а-а-ша-а-а! — теперь уже из ущелья донесся слабый голос Светланы.
— Наверх и в обход, — скомандовал Кайманов. Пограничники бросились по крутой тропе в сторону от ущелья.
Выскочив на карниз, Яков увидел, что внизу по ущелью мчится Клычхан. Конь его вынужден был резко снизить скорость, преодолевая завалы из обломков скал на дне ущелья.
Группа Якова неслась во весь опор по гладкому, как шоссейная дорога, карнизу. Вот они поравнялись с Клычханом, на мгновение вскинувшим голову. Яков увидел, как он выхватил маузер, за бешеным топотом копыт едва расслышал выстрелы, увидел, как вскинули винтовки скакавшие за ним солдаты.
— Не стрелять! Брать живым! Не стрелять! Света!.. Держись!..
Ближе и ближе конец ущелья, начался спуск с карниза. Удерживая лошадей, съезжавших по откосу чуть ли не на крупах, Яков и сопровождавшие его солдаты перекрыли выход из ущелья.
Увидев это, Клычхан, не отпуская Светлану, круто повернул коня.
Но по его следу с другой стороны ущелья шла группа пограничников во главе с Галиевым.
...До конца своих дней Яков не мог бы сказать, какое движение сделал Клычхан, увидев, что обложен с двух сторон.
На том месте, где только что были Клычхан со Светланой, вспыхнуло пламя, по ущелью гулко прокатился взрыв. С диким ржанием вабилась на камнях раненая лошадь.
Лишь когда стала оседать взметнувшаяся пыль, Яков увидел Светлану, отброшенную взрывом на скалу.
Лицо ее было спокойно, только на гимнастерке растекалось темное пятно.
Яков соскочил с седла, бросился вперед, бережно снял со скалы обмякшее тело.
Светлана была мертва...
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ (вместо эпилога)ТРОПА КАЙМАНОВАТяжелый «студебеккер», непрерывно сигналя, на большой