Тропа Кайманова стр. 86
государственные дела решать.
— В Иране все больше бедные: латаные, пыльные... — продолжал Астсян. — Просят, дай хоть один шай, — значит, копейку. Как-то вижу, два курда катают ногами бочку, ссорятся, ругаются. А это какой-то купец подъехал в фаэтоне и стравил... Как-то смотрю, в маленькой лавчонке айсор сидит. Ну, айсоры все хорошие сапожники — из обрезков кожи мяч выкраивает, как апельсиновые дольки. Чего делаешь, спрашиваю. Мяч, говорит, делаю. Богатые в магазине дорогой мяч купят, а я для бедных делаю... Или вот помню, в Баджигеране в столовой духанщик стонет. Заходит курд, а у него на поясе кузнечные щипцы. Посадил духанщика, ка-ак дернет зуб! И кричит: «Дус! Дус!» Соль, значит. Засыпал солью и пошел дальше: может, где народ его позовет, еще выдернет... Если в карты играют, обязательно между делом вшей бьют... Ну, ребята меня предупреждали, чтоб осторожней был, машину осматривал: есть там такие, за премией охотятся — кусок терьяка подбросят, на машине незаметно отметку сделают, по этой отметке в таможне терьяк найдут, премию пополам делят...
— А пилотку зачем духами брызгал?
— Ай, так, для веселья, — широко улыбнувшись, ответил Астоян. — Начальник таможни всю жизнь смотрит на нас, шоферов, как правоверный мусульманин на свинину. Для него каждый шофер — контрабандист. А
я с тридцать шестого года член партии. Все ребята сговорились, так и ходим мимо начальника надушенные духами «Коти».
— Ну а духи-то все же где берете?
— Так они в Иране свободно продаются. Бери и душись, только через границу не вози.
— А тебя на слове не поймаешь, отбрехаться умеешь... — Кайманов рассмеялся. Чем больше он разговаривал с Астояном, тем больше ему нравился этот «маленький армянин». Уж поистине мал золотник, да дорог.
— Ну вот что, — сказал Яков. — Голова у тебя работает хорошо, глаз острый, язык подвешен, уши слушать умеют. Давай, брат, будем с тобой нести настоящую пограничную службу... Время, сам понимаешь, военное. Толковые люди нам нужны, тем более такие, которые по нескольку языков знают. Нам очень важно знать имена бандитов, засевших в Каракумах, особенно их главного калтамана, который и на Ташаузской караванной тропе пограбить норовит... Шоферы — народ толковый. Все знают, все видят, все слышат. Друзей у тебя много. Если видишь, что парень с головой и язык умеет за зубами держать, посоветуйся, спроси, может, он где что слыхал, что видел.
— А о чем спрашивать-то?
— Слыхал, наверное, какое злодейское убийство учинили бандиты в ауле Карахар?
— Женщину и девочку зарезали?.. Был такой разговор...
— Зарезали четырехлетнюю девочку, а женщину убили ударом в затылок. Но это не все. Один из тех бандитов под маркой шофера колхоза «Имени XX лет Октября» выманил родственника той женщины, фронтовика, слесаря авторемонтных мастерских Нурмамеда Апаса, и устроил так, что того придавило дизелем в кузове машины. Не было ли разговоров среди ваших шоферов об этом?
— Разговор был. Да только все сходятся на Чары Ильясе, — ответил Астоян.
Яков подивился такой его осведомленности.
— А с кем тот Чары Ильяс был тут связан? — спросил он. — Слышать не приходилось?
— Этого я не знаю, товарищ старший лейтенант... Надежды Якова схватить какие-то ниточки