Ученик некроманта. Мир без боли стр. 101
девицы и навязать ей те мысли, которые он пожелает. Батури не остановил Марту, не стал ее догонять. Она – проблема Веридия, пусть Куница и внушает в ее сознание то, что посчитает нужным, если вообще решиться лезть в ее мысли. Марта его не волновала.
Несколько минут Батури стоял и наблюдал за сном ребенка. Ни разу в пути младенец не был так тих и спокоен. Вот, что с детьми делает любовь, пусть и не материнская, но той, которая готова стать матерью.
– Как мне тебя назвать, малыш? – спросил он у девочки, будто она могла ответить. – Лакрима? Слеза? Или Тень? Умбра? Нет, все это не подходит…
Ребенок открыл глаза и посмотрел на Батури так осознанно, что вампир даже удивился. Девочка оценивающе глядела на Клавдия и молчала.
– Может, ты сама придумаешь себе имя? – поинтересовался тогда вампир.
Малышка моргнула, словно соглашаясь с названным отцом, и тогда в голову Батури постучалось имя, которое, он знал наверняка, будет носить его ребенок: Долорис. Пересмешница боли.
– Спокойной ночи, Долорис, – вампир холодными, как лед, губами поцеловал девочку в лоб, и она вновь уснула, словно и не просыпалась.
Вампир еще недолго постоял, проверяя, на самом ли деле малышка спит, а затем ушел из комнаты, чтобы больше не тревожить свою дочь.
* * *
Ночь клонилась к рассвету. Медленно в темно-синем небесном покрывале тонули огоньки звезд, чтобы вечером выплыть обратно, набухало на востоке красно-желтое зарево, но тонкий молодой месяц еще не спешил покидать свое законное место и дарил миру бледный мертвецкий свет.
В этот предрассветный час Энин всерьез решила заняться алхимией. Она окружила себя книгами и уселась прямо на полу. Уже в десятый раз вчиталась в записку Сандро, оставленную в пещере Ди-Дио, и в десятый раз не поняла ее смысла. К чему юноши? К чему девушка? Что за двуединые и триединые тела? Видимо, она переоценила себя, и разгадать ребусы некроманта будет не так-то просто. Но рано или поздно она разберется во всей этой алхимической ахинее.
И тогда Энин, выпив эликсир «недоросли», принялась читать трактаты и манускрипты, которые, как она надеялась, смогут развеять эту дымку загадочности и мистики, что таилась в рецепте Сандро. Она неутомимо читала книги. Каждая строчка навечно отпечатывалась в ее памяти, колдунья поглощала знания с жадностью морского дракона, не замечая, как течет время, забывая и обо сне, и об усталости. Эликсир «недоросли» действовал безупречно.
Все же Сандро доказал свой талант истинного алхимика, когда создал это зелье, но придумал ему неправильное название, его стоило бы именовать «дармовыми знаниями»,
так его суть отражалась бы точнее.
На улице ударили в утренний колокол церковники. Вестфален медленно просыпался после ночной агонии. На агоре потух жадный огонь братской могилы. Но Энин была далека от городской суеты, ибо занималась другим делом.
«Алхимическая свода» Альберта Великого, «Заметки практикующего алхимика» Николаса Фланеля, «Сокровище алхимиков» Садуля Жака, «Тайная книга» Фюргисона, «Философские обители» Фулканелли, прочитанные книги грудой лежали у ее ног. Энин потянулась за следующей – «Древнее таинство» Амагрина Овена. В комнату, не постучав, вошла Анэт.
– Сестра, идем обедать, – позвала она и Энин только сейчас сообразила, что время близится к полудню. – Марта приготовила замечательный завтрак: куриные