Библиотека

Восьмое Небо стр. 720

Размер шрифта
-
+
Тема

тяжело закашлялась — звук получился жуткий, неприятный, рот наполнился густой горячей кровью. Ерунда. Главное, чтоб Шму не перепугалась, она так боится вида крови… Как бы не подумала чего серьезного…

Ринриетта с нарастающим ужасом поняла, что потеряла направление. Палубу «Барбатоса» укрыло кружевом облаком, столь густым, что она больше не видела ни силуэта шлюпки, ни крохотных людей, сидящих в ней. Она поднесла к глазам перепачканную красным руку, но и ее увидела сквозь густой слой клубящихся облаков, как парящий вдали остров причудливой формы. Значит, и глазам уже верить нельзя, подумала она устало. Только ногам и остается. Они упрямые, эти ноги, они сделали уже столько шагов. Может, некоторые шаги были напрасными или нелепыми, но это были очень упрямые шаги. Ей просто надо сделать еще десяток-другой…

Грудь вдруг сдавило со всех сторон, словно ее саму обложили тяжелыми бронированными плитами, облака перед глазами разом потемнели. А может, это весь небесный океан стал медленно погружаться в необычно ранние сумерки… Ринриетта остановилась. Сил не было даже сплюнуть кровь, та текла по подбородку, капая на грудь и портя когда-то дорогое сукно. Ринриетта опустила глаза и с трудом разглядела тянущийся за ней по палубе прерывистый след — зыбкую алую линию. Она походила на те линии, что она сама когда-то чертила на картах — навигационная отметка пройденного пути. Странно, она не ощутила даже страха, когда поняла, что эта линия вот-вот оборвется. Только тяжелую досаду, то ли на себя, то ли на Розу Ветров.

Как глупо и обидно. Но капитаны не лгут, даже себе. Ринриетта попыталась улыбнуться и почему-то почувствовала облегчение, обнаружив, что хотя бы губы ей еще подчиняются. Умереть с улыбкой на лице — это вполне по-пиратски. Только она не станет умирать вместе с этим комом мертвого уродливого железа. Отчаянно напрягая глаза, чтоб разглядеть что-то в обступающем ее лабиринте из облаков, Ринриетта сменила направление, подчиняясь своему внутреннему компасу. Она знала, что

сможет сделать всего пять или шесть шагов, но этого должно было хватить. Она просто сменит ветер.

Когда носок правого сапога ощутил под собой пустоту, она поняла, что не ошиблась. Потом и зрение на миг вернулось, позволив ей убедиться в том, что все верно — она стояла на самом краю обрывающейся в никуда палубы. За искривленным и обожженным железом бесшумно плыли облака — настоящие, не иллюзия — складываясь в бессмысленные замысловатые фигуры. Это было красиво — и какое-то время она, покачиваясь, просто смотрела на них, словно пытаясь вобрать в себя это зрелище. А может, просто выгадывала секунды, чтоб собраться с духом и сделать один, по-настоящему последний, шаг. Трусливое тело — как старый корабль, оно до последнего пытается удержаться в воздухе, даже если это бессмысленно.

Потом она вспомнила, что хотела кое-что передать гомункулу.

— «Малефакс»…

Кажется, он и до этого что-то говорил, но она не слышала — мешал гул ветра в ушах.

— Капитанесса?

— Позаботься о… всех, хорошо? Они славные ребята и заслуживают лучшей жизни. Скажи им… скажи… Скажи, чтоб оставили пиратское ремесло. Слишком хлопотное дело в наше время. Паточная Банда распущена. Только дураки болтаются по ветру без дела. Кроме того… Кроме того, они — никудышные пираты и сами знают об этом.

Она рефлекторно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.