Возможны варианты стр. 42
штанов. Даже удалось прикупить еще один оверлок. Штаны шили в основном такие же матери-одиночки. Одна жила этажом выше и знала всех одиноких матерей в округе. Девчонкам нужны были деньги, и они трудились не разгибая спины. Давыдова работала наравне со всеми. Штаны шли нарасхват. Ими торговали предприимчивый Макс, Шестопалов и комсомольский Максимов. Сидя за машинкой, Давыдова не раз вспоминала слова матери о том, что она будет работать на швейной фабрике и пришивать воротничок. Конечно, никакой воротничок она не пришивала. Она кроила ткань и выдавала девчонкам заготовки в виде простроченных клапанов для карманов и прочих ответственных деталей. Это была достаточно тяжелая работа, но она обеспечивала Давыдовой очень приличный заработок.
Когда началась перестройка, в страну сплошным потоком хлынули разные штаны и прочие колониальные товары. Тем не менее штаны их подпольной фабрики продолжали пользоваться спросом. За хорошее качество. Шестопалов и Давыдова уволились с работы и организовали свою собственную фирму. Штаны уже продавали в своем магазине, даже видеосалон учредили, да еще торговали съестным. Со временем подключились к компьютерной сборке и строительным работам. Максимов крутился при городской власти и оказывал предпринимателям всяческую поддержку, организовывал различные льготы и послабления. Естественно, за долю. Слава богу, было чем делиться! Давыдова уже перестала участвовать непосредственно в швейном производстве, переложив свои обязанности на ту самую толковую мать-одиночку, живущую этажом выше. В предприятии Давыдова теперь занималась учетом, контролем и распределением. Собственные доходы всех комбинаторов с началом перестройки и развитием собственного бизнеса существенно выросли. Давыдова даже обменяла свою комнату с большой доплатой на двухкомнатную квартиру. Квартира была в центре, ремонт делала бригада их с Шестопаловым предприятия.
Давыдова пригласила всех на новоселье. И Шестопалова с Лилей, и Толика Максимова с женой, и родителей. Когда гости уже разошлись и Давыдова стояла в прихожей, провожая родителей, мама вдруг с гордостью в голосе сказала:
– А все равно, что бы ты ни говорила, а комнату тебе выделили мы с отцом!
– Да я, собственно, ничего такого не говорю, – удивилась Давыдова. – Постойте-ка.
Она побежала в комнату, открыла ящик стола и достала оттуда пачку долларов.
– Вот, – сказала она, протягивая деньги маме. – На эти деньги сейчас можно купить очень хорошую комнату.
Мать переменилась в лице и отодвинулась от денег.
– Пап, только не обижайтесь, ладно? – Давыдова поняла, что сейчас получит не совсем нужную реакцию, и повернулась к отцу. – Я хочу, чтобы вы взяли эти деньги и как можно быстрей обменяли свою квартиру обратно. Только лучше прежней, в центре. А мои ребята вам ремонт сделают. Я заплачу.
– Все-то ты деньгами меряешь! – возмущенно все-таки высказалась мать.
– Спасибо, дочка! – Папа взял деньги и поцеловал Давыдову. – Я тобой горжусь.
– Чем это ты гордишься, интересно? – Мама явно не собиралась сдавать позиции.
– Тем, что наша дочь умнее нас и идет своим путем. Заметь, достаточно трудным. Но у нее все получается. Она живет гораздо лучше нас, а будет жить еще лучше!
– Спасибо, папа! Ты не представляешь, как я рада, что ты меня понимаешь. – На глаза у Давыдовой навернулись слезы.
– Все равно. – Мама никак не унималась. – Девушка должна побывать замужем!
– Это другой вопрос. Всему свое время! – рассмеялась Давыдова.
Она проводила родителей, закрыла за ними дверь и пошла кружить по своей
замечательной