Возможны варианты стр. 44
и слегка небритым. Давыдова даже подумала, что он похож на уже сложившийся в девяностых образ джентльмена удачи, промышляющего рэкетом.
Только что пиджака малинового не хватало. Одет был мужик в явно дорогой свитер крупной вязки, модную куртку с вельветовым воротником и такие же вельветовые штаны. Ботинкам на толстой подошве была не страшна никакая лужа. На вид он был постарше Давыдовой лет на десять. Не меньше.
– Что же это вы, тетенька, по лужам валяетесь-то? Рановато для купального сезона. Вот в мае уже можно, а сейчас и простудиться недолго! – сказал мужик, заботливо отряхивая зажатыми в кулаке перчатками белое великолепие Надиного пальто.
– Какая я вам тетенька? – Давыдова не нашла ничего лучше, чем возмутиться. Чувство юмора куда-то исчезло. На самом деле ей было неловко за то, что какое-то мгновение она находилась в полной зависимости от этого типа и эта зависимость почему-то ей даже понравилась. Она разозлилась в первую очередь на себя.
– Ну не дяденька же? – удивился мужик.
– Ну и не тетенька! – отрезала Давыдова.
– А кто? – поинтересовался мужик.
Давыдова впервые в жизни растерялась и не нашлась что ответить. Уж не девушкой же именоваться в тридцать пять лет!
– На дамочку вы не похожи. – Мужик пришел ей на помощь. – Дамочки обычно в шляпках, на тетку в кофте
тоже не тянете, девушкой вас назвать язык не поворачивается. Девушки, они глупые, а у вас интеллект в глазах светится. Так что тетенька! Кстати, я – дядя Гарик.
При этих словах мужик переложил перчатки, которыми он отряхивал Давыдову, из правого кулака в левый и протянул ей свою здоровенную лапу. Давыдова пожала эту лапищу и представилась:
– Надежда Михайловна.
– Тетя Нюся, стало быть! – резюмировал дядя Гарик и потряс ее руку.
– Вы опять за свое, – возмутилась Давыдова, – никакая я вам не тетя Нюся.
– Это вы кому-нибудь другому расскажите. Я-то знаю, что ваше тайное имя Нюся, а так как вы тетенька, то, значит, называть вас надо – тетя Нюся. Я же вам сразу свое тайное имя открыл. Я, может быть, тоже для чужих не дядя Гарик, а вовсе даже Игорь Сергеевич!
– А с чего вы взяли, что я вам не чужая? – удивилась Давыдова. На самом деле все рассуждения этого мужика ей очень понравились. Тем более что он, действительно, знал ее тайное имя. Нюсей Давыдову звали только бабушка и папа. Ну, иногда Шестопалов тоже себе позволял ее Нюсей назвать.
– Чувствую.
– Интересно. И чем же вы занимаетесь, Игорь Сергеевич?
– Дядя Гарик я!
– Хорошо, дядя Гарик! Так чем?
– Пилю, строгаю помаленьку.
– Чего пилите? – Давыдова почему-то сразу представила, как он отпиливает пальцы должникам.
– Известно чего! Бабосы, конечно. – Дядя Гарик махнул рукой, показывая на противоположную сторону улицы. – Вон у меня тут магазин какой-никакой имеется да ресторан. Ну и еще всяко-разно производим, веслом мешаем да по сосудам разливаем.
– По каким сосудам? – Давыдова ни черта не поняла.
– Ясное дело, по стеклянным.
– Духи, что ли?
– Не, духи наш народ не употребляет.
До Давыдовой наконец дошло. Она развеселилась:
– Так прямо веслом и мешаете?
– Ага. Удобно.
– Приятно было познакомиться, дядя Гарик, спасибо за спасение утопающих.
– Обращайтесь.
– Мне на работу пора. Я вот тут работаю, в этом самом офисе. – Давыдова махнула рукой в сторону двери.
– Осторожней, пожалуйста.