Закон землеройки стр. 192
преследователи. К счастью, мои молитвы были небесами услышаны: лодку я отыскал моментально. На ходу забросив в нее свой багаж, я схватил весло и столкнул посудину в воду. Достигнув стремнины, позволил себе оглянуться, но, сколько ни вглядывался в неровную щетину прибрежных кустов, ни малейшего шевеления в них не заметил. И лишь когда почти уже приблизился к хутору Чудово и собрался причаливать, увидел над тянувшейся вдоль реки дорогой высокий и длинный шлейф пыли.
«Значит, решили следовать параллельно моему движению», – догадался я и пригорюнился: при наличии на хвосте моторизованных преследователей о визите к Ростиславу нечего было и думать. С расстройства я даже перестал грести, переложив нудную галерную работу на речное течение. Сам же, как обычно, предался осмыслению сложившейся ситуации: «Кажется, меня угораздило попасть в очередной переплет… Река для игр в прятки явно не годится: Красновский в любой момент может пустить на прочесывание фарватера быстроходные моторки. С другой стороны, оба берега для меня тоже закрыты: левый кишит кровожадными сектантами, а по правому организована автопогоня. Следовательно, не остается ничего другого, как только… поднажать».
Снова ухватившись за весло, я принялся яростно месить им воду, максимально ускоряя движение своего плавсредства. Вот позади остался хутор Чудово… Вот исчезли из поля зрения мрачные башни монастыря… Вот уплыла в небытие городская пристань… Когда же мускулы, переработав остатки адреналина в крови, запросили отдыха, я вновь занялся созерцанием окрестностей. Собственно, жизнь на реке текла так же, как вчера и как, наверно, год и десять лет тому назад: вдоль левого берега сновали утлые рыбацкие лодки, от правого отползал очередной паром. Других изменений – за исключением надвигавшихся с севера дождевых туч – я не заметил. Никто за мной более не гнался, никто ничем не угрожал.
Залюбовавшись зеленоватой от водорослей речной гладью, я неожиданно обратил внимание на скользившие по ней подобно маленьким островкам и кружившиеся в местах водоворотов скопления камышей, оторвавшихся от прибрежных кущ. Зрелище показалось мне занимательным, и я посетовал мысленно, что не замечал таких «островков» раньше. Это, видимо, как в лесу: пришел собирать грибы – не увидишь малину, нацелился на малину – не встретишь на пути ни одного гриба. «А я-то, глупец, веслом машу на всю округу, демаскирую сам себя, – пришло запоздалое сожаление. – А всего-то и надо было – уподобиться безобидному "островку" отмершей растительности и под ее видом незаметно ускользнуть отсюда».
Так я и поступил, предварительно определив для себя своеобразным Рубиконом главный городской мост: отчего-то казалось, что стоит мне только миновать его бетонные сваи, как все неприятности останутся позади. Какое-то время я действительно
лежал, откинувшись на корму с подложенной под голову сумкой, и безучастно наблюдал за облаками, но неожиданно сбоку послышался звук моторной лодки. Накатившая волна тряхнула мою байдарку так сильно, что я едва не свергнулся за борт. И почти сразу противный ветер, доселе гонявший тучи далеко в вышине, размашисто хлестнул по воде и начал стремительно сносить меня к левому берегу.
Позабыв об осторожности, я снова взметнул веслом фонтан брызг, а пассажиры сбавившей ход моторки, обогнав меня метров на двести, дружно меж тем повернули головы в мою сторону. Поскольку оба наши судна несло одно и то же течение, дистанция между нами какое-то время