Живая шкатулка стр. 37
взяла миску с хэллоуинскими сладостями и открыла дверь стайке ведьм. Это были Наз, Линни и две другие девочки из их школы, одетые в чёрные платья с изображением паутины, на головах у них были остроконечные шляпы. Волосы Линни были переплетены светящимися бусами. Она издала жуткий кашель и помахала рукой с зелёными ногтями перед лицом Эди.
– Языки змеиные, лапки лягушачьи! – провизжала она.
Эди стояла молча, ощущая себя до невозможности скучной и покинутой в своей повседневной одежде и домашних тапочках.
– Живут ли тут гоблины? – выкрикнула девочка постарше, стоящая в воротах, – на ней был костюм скелета. Все ведьмы хрипло засмеялись.
Эди протянула им миску, и Линни заглянула туда.
– Это всё, что у тебя есть? – спросила она очень не-ведьминским голосом. – Детство какое-то!
Эди посмотрела на желейные бобы и разноцветные леденцы, которые папа насыпал в миску сегодня днём. Линни фыркнула, однако нагребла большую горсть и сунула в свой ведьминский пластиковый котёл, и так уже набитый до отказа. Потом она с визгом и криками побежала по садовой дорожке вслед за двумя другими девочками, однако Наз на секунду задержалась на крыльце.
– Для тебя это тоже «какое-то детство»? – спросила Эди.
Ну вот. Она заговорила с Наз, пусть даже грубо. Почему её вообще должно волновать, что делают и думают бывшие подруги? Теперь ей есть о ком заботиться.
Наз ничего не взяла из миски. Вместо этого она вложила что-то в ладонь Эди и побежала по дорожке за остальными. Это оказался красивый шоколадный паук в серебристо-зелёной обёртке, с шестью волосатыми лапками.
Глава двадцать первая
Парк Александра-роуд
Следующим вечером в дверь позвонили, и когда Эди открыла, на пороге стояла Ада, в одной руке сжимающая сумку с принадлежностями для готовки, а в другой – малыша Сола. Сердце Эди упало.
– Сегодня я присматриваю за малышом, – сказала Ада. – Надеюсь, ты не против, что я его принесла с собой.
Позади Ады стояла Джунипер в курточке с воротником из искусственного меха.
– Этот ребёнок ужасно несносный, – сказала она. – Как только он начинает кричать, его невозможно заткнуть.
В этот момент малыш Сол широко улыбнулся и выкрикнул:
– Да-ба-да!
– Ты сегодня не в школе, Джунипер? – спросил папа.
– У нас свободный день, – ответила Джунипер так величественно, как будто на самом деле это был день рождения королевы и она лично была туда приглашена.
Джунипер жила где-то по ту сторону Темзы, в Южном Лондоне. Она, как и Эди, училась в седьмом классе, но вела себя так, как будто была на два или три года старше.
Она протянула свою куртку.
– Повесь её, пожалуйста, Эди. Я не хочу, чтобы она запачкалась или помялась.
Ада и папа на кухне готовили карри, позвякивая посудой, а малыш Сол лежал на подушке в корзинке Бильбо и дрыгал ногами в воздухе. Взрослые разговаривали о том, что в последнее время в лондонских домах и даже в ювелирных магазинах участились случаи воровства. Такое впечатление, что карманники из лондонского метро вскарабкались из тоннелей наверх по вентиляции и сточным трубам.
Эди резала лук, а Джунипер заявила, что будет накрывать на стол.
Она так важничала, как будто готовила банкет: накрыла стол лучшей скатертью Уинтеров и разложила три набора столового серебра. Эди сражалась с половинкой луковицы. Горькие сочные ломтики заставляли её глаза слезиться.