Звездолет с перебитым крылом стр. 58
глухо брякнули. Марк засмеялся.
— Зря ты ее раскопал, — сказал Дюшка. — Могила все-таки… Плохая примета.
— Это интересно. — Марк снова побрякал. — И нож нашел. Нож в палатке, сейчас покажу.
— Плохая примета, — повторил Дюшка.
Марк перепрыгнул через яму. Над нами каркнула ворона. Дюшка вздрогнул, задрал голову и отшагнул к реке.
Быстро.
Берег под Дюшкой подломился. Край, подмытый снизу водой, он обвалился. Это произошло быстро. И так неожиданно, что я даже не понял: вот Дюшка стоял — и вот он исчез. Словно кадр сменился в комбинированной съемке.
Булькнуло — и нет.
Я подбежал к берегу, осторожно выглянул. Обрыв, невысоко, метра три до воды. Дюшки нет, только у берега песчаная муть.
А плавать он не умеет. А если еще головой стукнулся. И течение.
Я прыгнул не разбегаясь, стараясь попасть подальше от берега. Ушел на глубину, до дна ногами не достал, всплыл, огляделся. Течение тянуло. Дюшки на поверхности не было.
Я нырнул. Вода мутная, ничего не видно. Если Дюшка ударился головой, глотнул воды, то мог зацепиться за корягу. Или под топляк затянуло. Тогда он на месте остается, а меня сносит.
Вынырнул, огляделся. Дюшки нет. Меня снесло метров на двадцать, я выплюнул воду и стал выгребать против течения. Бесполезно, слишком сильное, как ни гребу, только на месте
стою. Нырнул снова. Растопырил руки, пошел под водой вдоль берега. Если Дюшку несет по дну, то могу его подцепить, шанс есть.
Не успел, не успел руку выставить, лицом о топляк, больно, весь воздух вышибло. Рванул вверх, вдохнул, хлебнул, вода ударила в нос, я закашлялся и хлебнул еще. Перед глазами плыли красные круги. Берег здесь был пологий и глинистый, я выбрался на него и, шатаясь, полез вверх. Ноги дрожали. Вернуться вверх по течению и проплыть снова, попробовать поискать Дюшку еще. Еще, пока не поздно. Поискать. Поискать.
Прямо передо мной у берега всплыла Анна. Она держала за подбородок Дюшку. Я хотел помочь ей вытянуть его, но не получилось, поскользнулся на глине, свалился, чавкнув грязью.
Анна нащупала дно, поднялась, причалила Дюшку к земле. Из ее куртки, которую она так и не сняла, струйками вытекала вода. И это было смешно.
К Анне подбежал Марк, положил руку ей на плечо. Дюшка покачивался у их ног.
Мертвый.
— В себе? — спросил Марк. — Ты понимаешь, что?
«Что» он произнес как «ЧТО!!!». Да, именно так, большими буквами. ЧТО.
— Все нормально. — Анна стряхнула его руку. — Все под контролем.
— Анна! — Марк снова схватил ее за руку.
— Под контролем, — сказала Анна. — Помоги!
Она выволокла Дюшку на берег. Как вывихнутую куклу, за руку. Берег глинистый, Анна потянула Дюшку вверх по глине, он переворачивался с боку на бок, как живой. Только мертвый.
Марк помог, взялся за ноги, они вытянули Дюшку на траву.
Я выбрался за ними. Как все быстро. Очень.
Анна стояла на коленях возле Дюшки. А он был мертв. Этот придурок был мертв. Три минуты назад жив, а сейчас мертв.
— Подумай… — негромко сказал Марк. — Это недопустимо…
Анна ему не ответила, наклонилась над Дюшкой. Мне показалось, что она попыталась его поцеловать, но она всего лишь ловила дыхание на его губах.
Потом она взяла его пальцами за горло. Пульс, догадался я. Так проверяют пульс. Кажется,