Аид, любимец Судьбы. Судьба на плечах стр. 32
уложить – опять рассыпались, прикрывая белые оголенные плечи.
– Пришла к тебе. Сначала ждала, что ты сам меня заберешь… на своей колеснице. Потом соскучилась и пришла. – И тебя пропустили?Еще попытка – и волосы серебристыми струями опять растекаются по плечам.
– Сначала меня встретил какой-то противный старик, костистый такой, сын Эреба. Спросил, что я тут забыла.С манерой Харона спрашивать я уже успел познакомиться.
– А я сказала, что иду к своему Владыке и чтобы он на меня не пялился. Тут он посинел, затрясся и ка-а-ак заорет, что утопит меня в ледяных водах Стикса!Она соскользнула на пол и принялась перетряхивать складки хитона.
– И что сказала ты?– Что тебя во времена войны называли Безжалостным.Смешок серебряной зарницей прорвал полумрак спальни. Левка торжественно повертела в пальцах найденную заколку и попыталась упорядочить волосы с ее помощью. Но волосам больше нравилось служить ее телу живым пеплосом.
– Тогда он плюнул и пошел себе, а я пошла за тенями, встретила Гипноса, он сказал, что ты сейчас занят. Я решила тебе не мешать. Гипнос показал мне мир… кое-что из мира. Оказывается, теням на асфоделевых лугах нравятся песни нереид… а потом Гипнос сказал, что ты уже, наверное, освободился, и проводил меня. И я пришла, милый…– Тебе не стоило.Она оставила заколку валяться на полу, встряхнула волосами и уселась на ложе рядом со мной, счастливо улыбаясь:
– Тогда скажи – и я уйду. Если у тебя есть другая или я мешаю тебе управлять твоим царством – прикажи!Я досадливо отмахнулся. Моим царством мне мешает управлять мое царство, Тартар, Эвклей… проще сказать, кто не мешает.
– Я пришла бы и раньше, если бы сестры не поняли, куда я собралась. Какие песни они сложили! О несчастной сестре, которая уходит в вечный мрак, за что-то наказанная жестоким Эротом любовью…Значит, она и впрямь собралась здесь задержаться, а не явилась меня навестить.
– …а я очень смеялась и не сразу смогла попрощаться. Почему ты хмуришься, милый?– Что ты будешь здесь делать?Она тронула мой лоб прохладными пальцами – будто проверяла, есть ли жар.
«Жить. С тобой. Помнишь – я говорила тебе, что я могу быть хорошей любовницей?»
«Жить – здесь?»
Не знаю, что я вложил в этот взгляд. Может, что-то и лишнее – она тихонько погладила меня по щеке. Потом расцвела улыбкой.
– Ну, да. Жить, петь, есть, спать. Не бойся, я подготовилась. Я даже захватила с собой сырные лепешки. Правда, Гипнос их вчера слопал, но все равно…Засмеялась – рассыпала мелкие камешки, как на жеребьевку – одним движением завернулась в мой гиматий и выскочила из спальни.
Веселое сновидение с серебристыми волосами.
Нереида без солнца и воды.
Я поднялся, нашаривая одежду, но под руки попался только коротенький женский хитон бирюзового цвета. Пропустил сквозь пальцы тонкую, с запахом моря ткань – ни дать ни взять, вода.
Все равно ведь уйдет, – подумалось. Просидит вдалеке от моря пять дней, ну, десять, – и…
Жить – и здесь?!
Зачем приказывать, если – подождать немного – и уйдет…
Немного.
Пять дней.
Нет, десять.
Двадцать дней.
Пятьдесят шесть или пятьдесят семь – сбился…
Казалось,