Аид, любимец Судьбы. Судьба на плечах стр. 36
видно не было.
Сначала все так и оставалось: две туши слабо шевелятся, еще две – окаменели и исходят огнем и черным маслом. Вдалеке – пыхтение, топот и приглушенные команды. Потом заскрипел пепел, зашелестел под чьими-то сандалиями.
– Тартар ему в…И долгое молчание. За скрюченными телами стонущих горняков, за окаменевшими, оплывающими останками древних великанов не видно было говорящего.
Только слышны шаги. Да еще скрип тетивы прочного лука.
И потом вдруг – короткий, лающий смешок.
– Уделал, надо же. Ну, теперь уже и не найдем. У него же шлем этот…– Хтония при нем не было.Женский голос. Молодой. Идет не с земли, ага, шелест крыльев. Это еще что за новости – там кто-то из Эриний? Мормолик? Кер?!
– Тебе-то откуда знать. Призвал – оп, и на голову. Говорил же я – на кой великаны еще?! Дали бы мне одному, из засады…– Может быть, он еще не ушел далеко. – Да уж, не дальше дворца – это конечно! Видала, как он дунул?!Женщина помолчала. Крылья бились о воздух раздраженно, нервно, гневно.
– Я позову волков. Они могут выследить даже невидимку.Мелькнула крылатая женская фигура. Стремительно мелькнула – не разобрать, кто.
А лучник остался хмыкать, разглядывать ручейки великанской крови и ждать остальных из горного народа – их тяжелая поступь раздавалась за ближними скалами.
Скоро будут здесь. Скоро – это хорошо, мне не нужно много времени.
Бесшумно перемахнуть через каменный хребет – держась так, чтобы меня скрывали черные туши местных, все еще пышущие жаром. Прыжком, точно рассчитав расстояние, вылететь на открытую местность: в одной руке – клинок, вторая вытянута в приказе.
Он почти успел наложить стрелу на тетиву, когда мой удар швырнул его на скалы.
Под ногой тихо застонал лук. Перемазанные в черном масле пальцы сжали белое горло.
– Кто?! – прошипел я.Наверное, ему не сказали, что Владыка-то – бешеный. Этому мальчишке из стигийских – клыкастому, синевато-бледному, наверное, родичу мормолик… вон и крылья не до конца отросшие.
Он и моргал с удивлением, только покривился, когда я чиркнул острием клинка ему пониже ключицы. Кровь выступила – исчерна красная. Смертный.
– Кто?Кричать он бы не смог: я сжимал ему горло. Зато мог смеяться.
– Без шлема, надо же, – прошептал в ответ и заклокотал передавленной глоткой. – Кто тебя послал? В глаза смотри!Он закрыл глаза, улыбаясь юными губами.
– Все...И подался навстречу моему клинку с нежным предвкушением на лице, будто к возлюбленной в объятия.
Тихий, горловой всхлип. Я не стал препятствовать телу падать, но успел заглянуть в раскрывшиеся перед смертью глаза – мельком.
«Ни слова… ни звука… любые муки… награда грядет и будет превыше всего…»
Можно было бы подождать Таната, но допросить тень я успею всегда, а пока убираться нужно из этой местности. Насмотрелся.
Разве что колчан этого лучника с собой прихвачу.
Мир не желал пропускать. На поверхности было проще ходить по-божественному, а здесь… навыки, что ли, растерял?
Или просто плохо на дворец нацелился – вот и промазал мимо дворца?
Голос ручья у ног хрустален, тонок. Это потому, что ручей закован в хрусталь. Не до конца, правда: на два полета стрелы по