Дьявол и паж стр. 54
я п-п-постараюсь, — пробормотала Леони. — Вы ведь н-ненадолго оставите меня?
— Пока не найду кого-нибудь, кто станет о тебе заботиться. Тогда ты переедешь в мой загородный дом, где тебя обучат светским манерам, а также посвятят в искусство владения веером, научат жеманно улыбаться, закатывать глаза…
— Ну уж нет!
— Надеюсь, что нет, — со слабой улыбкой откликнулся Эйвон. — Милое дитя, в столь глубокой печали нет никакой нужды.
— Я так долго была Леоном! Это будет очень-очень трудно!
— Видимо, да, — Эйвон забрал у девушки скомканный платок. — Но ты постараешься, я хочу гордиться своей воспитанницей.
— Как так, Монсеньор? Гордиться мной?
— А почему бы и нет, дитя мое?
— Мне
бы это понравилось, — Леони повеселела. — Я буду хорошей ученицей.
Тонкие губы герцога едва заметно дрогнули.
— Значит, ты постараешься быть достойной меня? Жаль, что милый Хью этого не слышит.
— А он знает?
— Как выяснилось, дитя мое, он, как и я, знал почти с самого начала. А теперь поднимись с колен. Вот так. И сядь рядом со мной.
Леони устроилась на прежнем месте и горько вздохнула.
— Значит, мне придется носить юбки, не ругаться нехорошими словами и терпеть общество женщин? Это тяжело, Монсеньор, ужасно тяжело. Женщины мне не нравятся. Я хотела бы все время быть с вами.
— Интересно, что на это скажет Фанни? — поинтересовался его милость. — Моя сестра, Леони, во всех отношениях женщина.
— Она похожа на вас?
— Ну что на это ответить? — Эйвон рассмеялся. — Она не похожа на меня, дитя мое. У нее золотистые волосы и голубые глаза. Прошу прощения?
— Я сказала: "Тьфу, черт!".
— Я успел заметить, что ты питаешь особое пристрастие к этому выражению. Дамам не позволительны столь вульгарные возгласы, моя милая. Ты будешь слушаться леди Фанни, ты не станешь насмехаться над ней и презирать ее за золотистые волосы.
— Конечно, не стану. Она же ваша сестра, Монсеньор, — ответила Леони. — Как вы думаете, я ей понравлюсь? — Она с беспокойством взглянула на него.
— Почему бы и нет? — легкомысленно ответил герцог.
По лицу Леони пробежала мимолетная улыбка.
— Я не уверена, Монсеньор!
— Она будет любезна с тобой, хотя бы ради меня.
— Спасибо. — Леони опустила голову, но тут же вскинула глаза на его милость; на ее щеках появились озорные ямочки.
Эйвон ласково потрепал девушку по рыжим вихрам.
— Ты не такая, как все, — задумчиво промолвил он. — Фанни попытается сделать тебя похожей на прочих представительниц вашего пола. Мне бы этого не хотелось.
— Нет, Монсеньор. Я всегда буду такой, какая я есть. — Леони поцеловала руку его милости, губы ее дрогнули. Усилием воли она уняла дрожь и улыбнулась сквозь слезы. — Вы забрали у меня платок, Монсеньор.
Глава X
Леди Фанни оскорблена до глубины души
Леди Фанни Марлинг, откинувшись на диванные подушки, самозабвенно предавалась сожалениям по своей загубленной жизни. Главная и единственная причина крылась в преступном однообразии, сопутствующем леди Фанни с младенческих лет. Несчастная жертва судьбы отложила в сторону сборник стихотворений, над которым зевала несколько последних часов, и принялась накручивать на палец золотистый локон. Наряд леди Фанни сводился к весьма изысканному en deshabille. Слои пудры не оскверняли ее локоны, а под округлым, весьма аппетитным подбородочком красовался огромный лазурный бант. Бант скреплял роскошный пеньюар из малинских кружев с пелеринкой, сквозь которые проглядывала ослепительно-белая