Библиотека

Дни стужи стр. 120

Размер шрифта
-
+
Тема

как раскрывалось ее туловище, превращаясь в огромную пасть, усеянную присосками и мерзкими наростами. Девушка только и успела шагнуть в сторону и полоснуть поперек саблей. Как исчезла из кресла девочка, Ниула вообще не заметила.

Стасу запомнился грозный гул, от которого затряслись стены зала. Он раздался в тот момент, когда женщина с землисто-серым лицом и безумными провалами глаз выдернула девочку из кресла и закрыла собой.

Он помнил, как страшно кричал майор Хацкий, отрывая руки женщины от ребенка, а потом вдруг поперхнулся, закашлялся и начал как-то робко, по-детски трогать выросшую из шеи рукоять ножа. Ноги его подломились, и он упал с помоста.

А женщина побежала к двери, и девочка сжимала мать так крепко, что детская тонкая ручка побелела, и эту светлую ручку Стас запомнил, она ему потом долго снилась.

В этот момент он решил, что все кончилось, но оказалось, что еще нет.

Из клубящихся теней выступил человек, и тонкими изящными пальцами, с которых стекали завитки тьмы, коснулся Якута. Тот кашлянул и оступился. Ниула по-кошачьи взвизгнула и рубанула тень. Но там, где только что стоял человек в костюме-тройке, уже никого не было.

Якут тяжело оперся на плечо Ивана.

– Знаешь, мне что-то присесть надо. Вон оно как время-то приходит.

Он сел на постамент.

– Ты, Вань, посмотри… Верно ты с чашей…

Иван все еще держал тонкий мир, видел, как рассыпается зеленым дымом чаша и беззвучно поднимается, растворяясь в недосягаемой тьме, что живет где-то там – по ту сторону Всего, черный смерч.

Он смотрел и думал, что его привычный мир снова изменился навсегда… Хотя нет. Не навсегда. До следующего изменения.

Ниула села рядом с Якутом и взяла его за руку. Молчала. С левого уха у нее капала кровь, но девушка не замечала этого. Сидела, склонив голову, и просто держала Шамана за руку.

Вдруг стало очень тихо. Люди смотрели друг на друга и поражались этой тишине. Скрип двери показался нестерпимо громким. Привалившись к косяку, в проеме стоял порубежник. Смотрел и улыбался. Сплюнул вязкую кровавую слюну и проговорил:

– Слышь, Федул Дементьич, а мы продержались…

– Сколько? – дернул плечом Федул.

– Трое.

– Выносите наших. Гонца шли, пусть Старшой всех сюда отправляет. Ну, кого положено. Только сначала вон бабу с дитенком заберите. Найдите, что им надеть, ну – сам знаешь.

Стас знал, что, когда все совсем кончится, его начнет трясти.

Но это будет потом.

Он все смотрел на вцепившуюся в плечи мамы девочку и думал – почему именно она? Почему именно к этому ребенку рвался смерч из глубин за пределами Мироздания?

Бедный перепуганный ребенок. Очень перепуганный. Очень уставший.

Очень опасный ребенок.

Глава 17

Последствия

Якут уходил спокойно и легко.

Сергий приказал везти его в Особый приказ, где его положили в чистой светлой горнице. Пришел уже знакомый врач, внимательно посмотрел Шаману в глаза.

Тот улыбнулся, покачал головой.

Врач коротко кивнул:

– Понимаю. Но осмотреть должен.

Осмотрел, поднялся, похрустывая коленями, и вышел.

Ниула не отходила от Якута, сидела в углу комнаты в изголовье и смотрела на всех темными сухими глазами.

Врач хотел осмотреть и ее – не позволила. Только зачесала на оторванную мочку уха прядь слипшихся от крови и пота волос.

Иван сидел на кровати, смотрел на Шамана

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.