Библиотека

Если б не было тебя стр. 180

Размер шрифта
-
+
Тема

Молчановой вдруг начали стремительно убывать. Через пару недель ее телефон уже молчал круглые сутки, а если звонила она сама, трубку часто не брали. Никто не заходил, не навещал. Маша поняла, что это и есть настоящий конец прежней жизни – второе пророчество не заставило себя долго ждать. Выдернутая из профессии, из беззаботной юности, скованная по рукам и ногам, она быстро оказалась никому не интересна и не нужна. И от этого становилось так больно…

Неожиданный звонок в дверь раздался, когда Даше исполнилось полтора месяца. Молчанова почувствовала, как сердце в ее груди учащенно забилось, пытается выскочить наружу и мешает дышать. Она осторожно подошла

к двери и заглянула в глазок. Нетерпеливо переступая с ноги на ногу, спиной к двери, у ее порога стоял солдат. Она открыла. Олег повернулся. Маша заплакала.

Меньше чем за год он постарел лет на десять. Волосы стали наполовину седыми, лоб теперь пересекали глубокие морщины, на шее обозначились складки, словно ему не двадцать три, а все сорок.

– Живой, – выдохнула Машка и бросилась к нему.

– Маруся, родная. – Он сжал ее крепко-крепко, она задохнулась. – Вот видишь, любимая, я вернулся.

Они долго стояли, не в силах ни о чем говорить. А потом Дашка подала из дальней комнаты голос. Ее тоненький плач становился все громче. Олег изумленно посмотрел на Машу, она улыбнулась и виновато пожала плечами. Он ничего не понял, только продолжал держать ее в объятиях и таращить глаза.

– Это Дашенька, ей полтора месяца. Дальше сам считай.

Он тряхнул головой. Молчанова видела, что в голове Олега все перепуталось, перемешалось: как ни старался, он не мог сообразить, сколько времени прошло с их последней встречи.

– Я десять месяцев и шестнадцать дней был в Чечне.

– Вот видишь, все сходится. – Она вздрогнула оттого, каким голосом он это сказал. – Дашка твоя дочь.

Он закрыл руками лицо и упал перед Машей на колени. Долго стоял так, упершись лбом в ее ноги, не произносил ни слова и трясся, как от холода, мелкой дрожью. Она опустилась на пол рядом с ним, попыталась успокоить, начала гладить по волосам, которые стали жесткими словно проволока. Олег не приходил в себя долго: только крепче сжимал Машу, словно она была единственной опорой в его жизни, и что-то бессвязно неразборчиво бормотал.

– Что было с тобой, там… на войне?

– Не спрашивай никогда! – прохрипел Олег.

Маша едва сумела разобрать его слова.

Глава 10

Аннушка сидела у окна и тревожно вглядывалась в темноту. Мысли беспорядочно метались, сердце жгло изнутри. Только утром Вера извинялась, ползала перед матерью на коленях и умоляла ее простить. Говорила, что никогда больше не будет так поступать. Возьмется за ум. Анна в тысячный раз поверила. И что? Стоило опуститься на деревню сумеркам, и ее дочь снова как подменили.

Мать не понимала, что она делает не так. Обида не оставляла ее ни на минуту, мучила весь последний год. Верочка больше не была похожа сама на себя. Временами по-прежнему ласкалась котенком, обнималась. Но о чем бы ни попросила Анна, внимания не обращала – поступала по-своему. Учеба в школе ее нисколько не волновала, перебивалась с двойки на тройку. К работе по дому приучена не была, мать по-прежнему со всем справлялась сама. Верочка

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.