Испытание молчанием стр. 21
Да что она вообще тут делает? Пляшет, смеется и прикидывается, что все хорошо? Да ведь с гибели Грейсона и суток не прошло, а она ведет себя так, будто уже позабыла его.
Тут все ведут себя так, будто уже позабыли его, хотя это якобы вечеринка его памяти.
«А-у-у-у! А-у-у-у!» – завывают люди вокруг Винни, а их лица расплываются в знойном мареве зубов, глаз и тел, словно это пространство искажено Ворчуном. Хотя, возможно, и нет никакого Ворчуна. Не исключено, что это лишь плод воображения Винни.
– Покажи нам свой шрам! – вопит Кейси в перерыве между завываниями.
Несколько человек глазеют на Винни, но все остальные, вероятно, даже не в курсе, по какому поводу воют.
– Покажи, куда вервольф тебя укусил! А-у-у-у!
Нет, Винни больше не может здесь оставаться. Здесь ей станет плохо.
– Мне нужен… воздух, – сообщает она Эмме, задыхаясь и обмахивая лицо, словно внезапно перегрелась от танцев. – Скоро… вернусь.
– Тебя проводить?
– Нет! – рявкает в ответ Винни. Грубовато, но ведь ей правда не нужны провожатые, совсем не нужны. – Я сама вас найду.
И Винни отталкивается от своих друзей, от их тепла и света и отправляется на поиски теней, которые – это она точно знает – всегда нависают где-то рядом.
Хотя Винни не была в музее целую вечность, она помнит, как попасть в туалет на втором этаже. Только бы он еще работал и только бы там никого не оказалось! Ей хочется умыть лицо холодной водой и усмирить свои расходившиеся ходуном зубы.
Она находит выход на пожарную лестницу. Дверь за ней громко захлопывается. Гром вечеринки сразу затихает. На лестничной клетке есть люди: одни просто слоняются вверх и вниз, другие тискаются у стены, будто это самое подходящее место.
И, вопреки здравому смыслу, мозг напоминает ей о том, что сказал Джей две недели назад: «Я не хожу за этим в лес. Есть места получше». Винни надеется, что это не здесь.
И распекает себя за то, что ей не все равно.
На втором этаже она проталкивается в длинный коридор, заставленный столами для «пив-понга» и других настольных игр. Здесь яблоку негде упасть, но Винни готова поспорить, что никто из собравшихся не говорит и даже не думает о Грейсоне Пятницки. Было бы ему приятно знать, что пришло столько народу? Или он чувствовал бы себя, как Винни, у которой все свербит и зудит и голова идет кругом от ощущения неправильности происходящего?
А-у-у-у, а-у-у-у! Покажи нам свой шрам!Прикольно было прыгать?Нет, не прикольно. Ничего похожего на фильмы вселенной «Марвел» или игру серии «Кредо убийцы». Если хотите правду, это было так ужасно, что мозг Винни стер бо́льшую часть воспоминаний об этом.
Она уже чуть ли не бегом бежит через этот зал, опустив голову и крепко прижав к животу скомканную куртку. Никто ее не замечает, и уже скоро она добирается до верхних ступенек главной лестницы круглого зала. Здесь шум вечеринки снова оглушает ее, как водопад, но в этот раз – и с ударами кувалды, и с болью, и с чувством, что она вот-вот утонет.
Хуже всего ощущение статического электричества, будто кто-то щекочет ей сзади шею перышком, предупреждая о надвигающейся грозе.
«Ворчун», – решает ее тело, сжимаясь так сильно, что становится трудно дышать. Ворчун