Калужские берега стр. 176
кресла, а затем… ему засветили в лоб с такой силой, что он мгновенно опрокинулся на спину…
* * *Очнулся Барро оттого, что кто-то настойчиво стучал ему в барабанную перепонку. Некоторое время он лежал неподвижно, только морщась, а затем открыл глаза. Перед его взором был потолок. Белый. Подвесной. В клеточку. С матовыми прямоугольниками ламп дневного света. Они не горели, а в том месте, где Барро лежал, было светло. Даже слишком светло для того, чтобы оставалась призрачная надежда на то, что он всё ещё находится в кафе. Значит, это либо тюрьма, либо больница.
– Добрый день, Габриэль.
Значит, тюрьма. Барро медленно повернул голову. Рядом с его постелью сидел русский в накинутом на плечи белом халате. Хм… Барро скосил глаза. На груди было закреплено несколько датчиков, в носу торчали две трубки, а на левую руку надета манжета, от которой отходило два толстых провода. Один синий, а другой красный. Как в мине. Ну а тот звук, что так напрягал его барабанную перепонку, издавала капельница, висевшая на стойке с левой стороны. Больница?
– Я пришёл попросить у вас прощения. – В голосе русского слышалось искреннее раскаяние.
– За что?
– Дело в том, что это я вас… – вздохнул русский.
– А что со мной?
– Инфаркт. Обширный. То есть в наше время всё это лечится, но…
– Понятно.
Барро замолчал, размышляя над услышанным. Что-то не вязалось. Если он в больнице, то почему этот урод не улепётывает так, что пятки сверкают, а если в некой специальной больнице-тюрьме подпольной организации мутантов, какого дьявола вообще с ним разговаривают? Хотят перевербовать? Смешно. Откуда и куда? Из одиночного отставного охотника за головами в…
– Как вы себя чувствуете?
Барро прислушался к себе.
– Да вроде ничего.
– Ну слава богу!
– Что?
– Извините, традиционное русское присловье.
– А… как это вы меня?
На лице русского вновь нарисовалось виноватое выражение.
– Чисто рефлекторно. Извините. Вы попытались ударить в тот момент, когда я был к этому совершенно не готов. Вот и сработал на автомате. На ментальном уровне всё происходит намного быстрее, чем при физическом контакте.
Барро грустно усмехнулся. Ну да, всё верно. Именно в тот момент, когда он был не готов. Всё по плану. Он покосился на русского, смотрящего на него глазами побитой собаки. Надо же, виноватым себя чувствует! Да что такое творится-то?
– То есть вы ударили меня ментально? Мне показалось, что кулаком. В лоб.
– Да нет, ну что вы. Если бы так, я бы успел притормозить.
Барро мгновение раздумывал, но затем решительно упёр в русского обвиняющий взгляд и медленно, с расстановкой произнёс:
– То есть вы признаёте, что вы мутант?
– Мутант? – С лица русского ушло виноватое выражение, и он посмотрел на Барро уже с интересом. – Так вот оно что!
Барро молча смотрел на него, всем своим видом демонстрируя ожидание ответа. Русский улыбнулся.
– Что вы знаете о мутантах, Габриэль?
– Да уж не меньше вашего, – огрызнулся Барро. – Сам такой. Шестая международная миротворческая бригада. Слышали?
– Да. По России работала Третья. У некоторых моих учеников там служили родители. Примерно у трети. Остальных мы отобрали среди обычных детей.
Барро усмехнулся. Он оказался прав. Всё точно. Организа… И тут до него дошла вторая половина фразы. Барро вытаращил глаза:
– Обычных? То есть