Колдун ветра стр. 55
внезапно потеплел. К нему даже вернулось чувство юмора. – Если только я чего-то не знаю о ее смерти.
Ответный смех Вивии прозвучал сдавленно.
Король прислонился к изголовью кровати:
– Я же сказал, что беспокоюсь за тебя. Я знаю, что ты сильная, а Совет нет.
И король снова начал рассказывать о своей былой доблести, пока Вивия пыталась усмирить стук собственного сердца. Пыталась притвориться, что слушает, но на самом деле ее руки дрожали. Вивии пришлось спрятать их, чтобы унять эту дрожь.
С королем-регентом всегда было так. Всякий раз, когда он был недоволен, девушка ловила себя на том, что дрожит, как птица. Это было нелепо. Постыдно, ведь отец любил ее. Как он и говорил, он беспокоился за нее.
Серафин был достойным королем, сильным лидером, и Вивия тоже может такой стать. Но только если будет действовать так же, как он. Если будет стоять рядом с ним. Разделяя и славу, и позор. Напомнив себе об этом – что приходилось делать чаще в последнее время, – девушка изобразила внимание на лице и выпрямилась. Только чтобы в течение следующих двух часов выслушивать рассказы о подвигах отца, его гениальности и виртуозном управлении нубревнийской политикой.
* * *За пределами королевского крыла Вивия встретилась с управляющей хозяйством в сопровождении десятка солдат. Они отдали честь при приближении принцессы, а управляющая, миловидная женщина, которую Вивия знала всю свою жизнь, улыбнулась и поклонилась.
Это был обычный распорядок дня: после визита к отцу Вивия вместе с управляющей неспешно прогуливалась по крепостным стенам и дворцу. Девушка выслушивала жалобы и прошения, которые ей зачитывала управляющая, – все, что накопилось за день. Всем, кто работал во дворце, тоже было позволено приближаться.
Именно сейчас садовнику следовало жаловаться на свои сливовые деревья.
Женщины бодрым шагом начали обход, а в лицо им дул ветер. Он насквозь пронизывал сад, и на горизонте начали собираться грозовые тучи.
Когда-то все растения были аккуратно подстрижены, гравийные дорожки вычищены и сад служил исключительно для украшения дворца. Но восемь лет назад королева Джана предоставила дворцовым слугам полную свободу действий. Вокруг центрального фонтана расположились ряды яблонь и груш. Цуккини выпустили плети прямо на дорожки, а их яркие желтые цветы окончательно отвоевали пространство у кустов роз. В западном углу сада выросло больше капустных кочанов, чем было ртов во дворце.
Взгляд Вивии метнулся к единственному месту в королевских садах, оставшемуся нетронутым, – крошечному углу на северо-востоке, обнесенному живой изгородью. В самом центре его находился пруд с лилиями. Это было любимое место Джаны. Девушка подозревала, что причина крылась в том, что здесь находился проход к подземному озеру. Но иногда она все же задавалась вопросом…
– Подождите здесь, – произнесла принцесса и отошла.
Несколько мгновений спустя ноги сами понесли ее через ржавые ворота в сад матери.
Он выглядел точно так же, как и всегда. Плющ буйно разросся, не затронув только поверхность пруда. Плакучая ива тянулась длинными ветвями к поверхности воды, а у самой дальней стены неудержимо разрастались кустики черники.
Каждый день Вивия проходила по гравийной дорожке – единственному месту, не затянутому плющом, – к люку за кустиками черники. И каждый день она тщательно проверяла, нет ли в саду следов чужого проникновения.
В нескольких шагах от пруда стояла одинокая скамейка, и Вивия