Кот в мешке, или Анатомия одной измены стр. 14
доказательство. Если придётся идти к адвокату, у меня будет шарф. И показания детей.
Но внутри меня что-то ёкнуло. Что, если это просто её шарф, который она забыла в машине, когда они ездили на вызов? Что, если всё не так? Что, если я просто веду себя как параноидальная дура?
— Нет, — сказала я себе вслух. — Я не дура. Я просто осторожная. Это разные вещи.
Я закрыла машину, пошла домой и села на кухне. У меня было три часа до того, как нужно забирать детей из сада. Три часа для расследования.
Я открыла ноутбук и начала гуглить. «Алина Ветврач», «Клиника Белый клык», «Антон и Алина». Я искала любые упоминания, любые фотографии, любые намёки на роман.
Я нашла её страницу в Инстаграме. Там были фото с животными, фото с конференций, фото с коллегами. И на некоторых из них был Антон. Они стояли рядом. Они улыбались. Они смотрели в камеру. И я чувствовала, как внутри меня растёт ком обиды.
Я прокрутила до самого низа. Там было фото, под которым Алина написала: «Спасибо, Антон, за то, что научил меня работать с экзотикой. Ты лучший наставник». Наставник. Всего лишь наставник. Но я знала, что в таких словах часто скрывается что-то большее.
Я решила написать ей. Анонимно. Я создала фейковый аккаунт и отправила ей сообщение:
«Привет! А ты работаешь с Антоном? Он классный ветврач, правда?»
Ответ пришёл через минуту:
«Да, он гениальный! Мы с ним спасаем животных вместе! Это лучшая работа в мире.»
«А вы часто вместе работаете?»
«Почти каждый день. Но это круто! У него очень крутая команда»
«А он тебе нравится?»
Я затаила дыхание. Она ответила через несколько секунд:
«Как коллега? Конечно! Он очень добрый и профессиональный. А почему ты спрашиваешь?»
Я запаниковала. Я не знала, что ответить. Я просто вышла из аккаунта и закрыла ноутбук.
«Она не сказала, что любит его, — подумала я. — Она сказала только «как коллега». Может, я действительно всё придумала?»
Но шарф в моём кармане весил как тонна свинца. Шарф не врал. Шарф был реальным. Шарф пах духами. И это был не мой шарф.
Я решила, что мне нужен план Б. Я должна поговорить с Антоном. По-человечески. Без скандала. Без сковородки. Просто поговорить. Спросить его, что происходит. Сказать ему, что мне страшно и одиноко. Что я чувствую себя брошенной.
Но для этого мне нужно было собраться с духом.
В 12 часов я поехала забирать детей. Когда я вошла в сад, Лиза подбежала ко мне и сказала:
— Мам, а я сегодня рисовала папу!
— Молодец, — сказала я.
— Я нарисовала его с тётей Алиной!
Я замерла. Внутри меня всё оборвалось.
— Что? — переспросила я.
— Ну да, — сказала Лиза, протягивая мне рисунок. — Вот папа, а вот тётя Алина. Они держатся за руки!
Я посмотрела на рисунок. Там был нарисован Антон, а рядом — длинноволосая женщина. Они действительно держались за руки. Моя пятилетняя дочь нарисовала мужа с другой женщиной. Держащимися за руки. Это была не просто фантазия. Это был знак. Знамение.
— Лиза, — сказала я, стараясь говорить спокойно, — а почему ты нарисовала их за руки?
— Потому что они дружат! — сказала Лиза. — Они всегда смеются вместе. Они похожи на друзей.