Библиотека

Молодой Ленинград. Сборник второй стр. 289

Размер шрифта
-
+
Тема

край

Ведь был когда-то дном океана…

А вдруг да наткнемся там невзначай

На залежи золота или урана?

Породы слагались миллионы лет…

Взглянуть на таблицу запасов можно? —

Лопатин мерно храпит в ответ, —

Не спрашивай, значит, о чем не положено…

А утром беседа еще чудней:

— Товарищ Лопатин, какая там почва?

С большим давлением? А под ней

Трубопровод не утратит прочность?

И отвечает Володе Петр:

— Возьми, пожалуйста, на заметку —

Закон геолога прост и тверд:

Событий не предрешать до разведки.

А чтобы точный найти ответ,

Облазаем всё в любую погоду,

И, если возможностей даже нет, —

Все равно, предоставим пустыне воду.

А кстати, Володя, время не ждет,

Что можно, — то нужно проделать сразу.

Будем трассировать водопровод —

Попутно наметим дорожные трассы.

Грунты поглубже прощупать не худо:

Породам здешним — миллионы лет.

И кто их знает — какого чуда

Под этим песком невылазным нет…

А поезд в районе скупых степей,

Пустыня дохнула горячим фронтом,

И, кажется, нет на земле светлей

Ее ослепительных горизонтов.

3

Володя, ну доля тебе досталась!

Еще не веря, уже любя,

Какой сбивающей с ног усталостью

Пустыня испытывает тебя!

Согласно квадратам заветной карты

И вдоль изъездил и поперек

Пустыню маленький, аккуратный,

Неутомимый грузовичок.

Восемь шоферов высокого класса

Чуть не вручную решали спор —

Кому машину вести

на трассу,

Но Петр заявил: «Я сам шофер».

Какое начальство тебе досталось,

Попробуй, Володя, не удивись!

Он сел в кабину, и показалось —

Машина рванулась, не вдаль, а ввысь.

Под знойным, колючим от соли ветром

Идет исследование грунта.

Из метров слагаются километры,

Из километров — твоя мечта.

Уже ее вихревым дыханьем

Лицо молодое обожжено.

Уже научила хранить молчанье,

Когда от жажды в глазах темно.

Уже в семидесятиградусном пекле

В жилах кровь ускоряет ход,

И ты становишься великолепным

Красивым, сильным — таким, как Петр.

С пустынею у тебя особый,

Лишь вам двоим понятный язык.

Пустыня ворчит на тебя: — Попробуй!

А ты ей: — Пробовать не привык,

Пойду и точка.

                       И в полдень, пеший

Идешь в обугливающий зной.

Пустыня кричит тебе: — Сумасшедший!

А ты: — Повежливей будь со мной!

Пустыня грозит тебе: — Прочь с дороги,

Видишь, буран спускаю с цепи?

А ты: — Не такие мы недотроги,

Небось переждем твой буран — в степи!

Лопатин сказал: — При любой погоде

Учись, брат, временем дорожить.

Пустыня гремит: — Молодец, Володя!

А ты улыбаешься: — Рад служить.

Но этот язык нелегко дается.

Буран налетает залпом огня.

И нету неба, и нету солнца,

И есть только полночь средь бела дня.

Полночь накрыла тебя с головою,

Ударом наотмашь свалила с ног;

И вот уже штопором над тобою

Кружит, пылает, гудит песок.

Кричишь: — Лопатин! И, задыхаясь,

Глотаешь горячий хрусткий ком,

И Петр, мгновенно к тебе склоняясь,

В чувство приводит нашатырем.

Ворчит сквозь зубы: — Ну, что, попало?

Кто же в буран разевает рот!..

А степь уже, как ни в чем не бывало,

Голубит тишью, манит, зовет…

Девичий нрав у нее, бедовой,

И любит, и злится — и все напрямик…

Но о проделках ее ни слова

Не пишут друзья в путевой дневник.

В дневник заносили они аккуратно

Лишь то, чем делу помочь могли.

Дышала клеенчатая тетрадка

Ветрами моря, огнем земли.

«2-е июля. Квадрат сто двадцать.

Граниты. Придется бурить проход.

Для труб

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.