Осколки чести. Барраяр стр. 114
продолжить истязания девчонки, видимо, в подражание ему. Он был польщен и не вмешивался. Ботари удалось как-то отключить следящие мониторы. Никто понятия не имел, чем он там занимается все свое свободное время. Но он пришел ко мне со списком лекарств, которые просил тайно ему достать. Обезболивающие мази, кое-какие противошоковые средства — очень продуманный список. Он умел оказывать первую помощь — результат боевого опыта. Тогда я догадался, что он ее не мучает, а просто втирает очки своему патрону. Наш Ботари безумец, а не садист и не дурак. Он как-то странно любил ее, и ему хватило смекалки скрыть это от Форратьера.
— В подобных обстоятельствах это не кажется таким уж безумным, — заметила она, вспомнив, что Форратьер планировал для Форкосигана.
— Нет, но то, как он это делал… Я пару раз кое-что видел. — Форкосиган шумно выдохнул. — Он ухаживал за ней у себя в каюте: кормил, одевал, мыл — и все время вел шепотом диалог сам с собой. Говорил за обоих. Это была призрачная реальность, в которой она полюбила его, вышла за него замуж… Нормальная жизнь счастливой семьи. Почему бы безумцу не мечтать о том, что он — в Здравом уме? Наверное, она страшно пугалась, когда приходила в себя.
— Господи. Мне жаль его почти так же, как
ее.
— Ну, не идеализируй. Он ведь еще и спал с ней, этот Односторонний брак не ограничивался только словами. Но мне трудно осуждать Ботари. Мог ли он при нормальных обстоятельствах хотя бы приблизиться к такой девушке?
— Мм… Вряд ли.
— Вот о чем он решил не забывать после Эскобара. На это нужна была невообразимая сила воли. Его лечили несколько месяцев.
Корделия только присвистнула, представив вереницу соответствующих картин. Она была рада, что у нее есть время, чтобы успокоиться, прежде чем снова видеть Ботари.
— Пойдем теперь и выпьем, как хотели, ладно?
Глава 15В конце лета Форкосиган предложил поездку в Бонсанклар. В назначенное для отъезда утро они укладывали вещи, однако это радостное занятие было прервано самым неожиданным образом.
— Эйрел! — сдавленным голосом сказала Корделия, выглянув из окна их спальни. — На газоне только что приземлился флайер, и из него вышли шесть вооруженных человек. Они рассыпались по всему участку.
Моментально насторожившись, Форкосиган подошел к ней.
— Все в порядке, — облегченно вздохнул он. — Это охрана графа Фортелы. Он, наверное, приехал навестить отца. Удивляюсь, как это он сумел вырваться из столицы. Я слышал, император ему покоя не дает.
Через несколько минут приземлился второй флайер, и Корделия впервые увидела нового премьер-министра Барраяра. Принц Зерг, назвавший его «морщинистым шутом», не слишком преувеличивал: это был маленький старичок, лысый, сморщенный, но отнюдь не потерявший живости. Он держал в руке трость, которой так размахивал, что Корделия сочла ее скорее причудой, чем необходимостью. Сопровождаемый парой адъютантов — или охранников — он прошел к парадной двери.
Когда Корделия с Форкосиганом спустились вниз, оба графа стояли в холле и разговаривали.
— А, вот и молодожены, — произнес генерал, завидя сына и невестку.
Фортела осмотрел их искрящимися проницательными глазами.
— Эйрел, мальчик мой. Рад видеть тебя в такой прекрасной форме. А это твоя бетанская принцесса амазонок? Поздравляю с великолепным призом. Миледи.
Он со старомодной галантностью склонился к ее руке.
Корделия изумленно моргнула,