Осколки чести. Барраяр стр. 252
секундой, когда последний корабль ушел от контратаки, нырнув в ведущий к дому п-в-туннель.
— Ну что, заступите на дежурство?
Она покачала головой.
— Пока нет. Этот район за последние три недели уже неплохо почистили. Вряд ли мы найдем что-нибудь на первых четырех витках, хотя надо работать качественно. Я кое-что подготовлю на моем рабочем месте, а потом, наверное, вздремну. У нас в последние месяцы было очень много работы, — добавила она извиняющимся тоном. — Народа не хватало. Но, пожалуйста, позовите меня, если все же что-то увидите. Когда есть возможность, я предпочитаю сама работать захватом.
— Прекрасно. — Он развернул свое кресло к пульту. — На какую минимальную массу вы хотите настроиться? Скажем, примерно сорок килограммов?
Женщина покачала головой:
— Лучше один. Я предпочитаю задать одно кило.
— Один? — Он изумленно воззрился на нее. — Вы шутите?
— Шучу? — Она с недоумением посмотрела на него, потом поняла. — А-а-а… Вы думаете о целом теле… Я могу провести идентификацию по совсем небольшому кусочку. Пригодны и более мелкие частицы, но если слишком понизить порог чувствительности, то много времени тратится на ложную тревогу — микрометеоры и прочий хлам.
Феррел поморщился, представив будущий улов, но поспешно настроил детекторы на массу в один килограмм и ввел в компьютер программу поиска.
Она коротко кивнула и вышла из тесного помещения. Их устаревший курьерский корабль вытащили с орбитальной свалки и наспех отремонтировали, чтобы превратить в транспорт для средних чинов — но, как и сам Феррел, он немного опоздал с выпуском и не успел принять участия в войне. Поэтому их обоих направили на уборку — скучные обязанности, которые, в его представлении, были ничем не лучше работы сантехника.
Он последний раз взглянул в сторону корабельных останков на экране переднего обзора: несущий каркас, выпирающий подобно костям из распадающейся шкуры, — и покачал головой, жалея о такой бессмысленной гибели. Потом с тихим вздохом удовольствия навинтил шлем — так, чтобы его край соприкасался с серебристыми кружками на висках и посередине лба. Теперь он может управлять своим кораблем.
Ему казалось, что со всех сторон его окружает космос, упругий, как морская вода. Он был кораблем, он был рыбой, он был человеком-амфибией: не дышащим, свободным, лишенным боли. Он включил двигатели — пламя словно исторглось из кончиков его пальцев — и начал раскручивать медленную спираль поиска.
— Техник Бони? Кажется, у меня для вас кое-что есть.
В рамке экрана было видно, как она протирает глаза.
— Уже? Сколько?.. О! Наверное, я все же больше устала, чем думала. Сейчас приду, офицер-пилот.
Феррел потянулся и, не вылезая из кресла, проделал несколько изометрических упражнений. Вахта была долгой и неинтересной. Он должен был бы проголодаться, но то, что он видел, отбило ему аппетит.
Через минуту пришла Бони и уселась рядом с ним.
— О, совершенно верно, офицер-пилот.
Она включила управление наружными силовыми полями и размяла пальцы, прежде чем прикоснуться к пульту.
— Да, тут уж не ошибешься, — заметил Феррел, откидываясь на спинку кресла и наблюдая за ее действиями. — Почему вы так осторожничаете? — с любопытством спросил он, заметив, какую малую мощность она включила.
— Ну, они ведь проморожены насквозь, знаете ли, — ответила она, не отрывая взгляда от индикаторов. — Хрупкие. Если стукнешь — разлетятся вдребезги. Сначала остановим это гадкое суетливое вращение, — сказала она