Библиотека

ППГ-2266 или Записки полевого хирурга стр. 51

Размер шрифта
-
+
Тема

«Передислоцироваться а деревню Кубань, развернуться и 9-го принять раненых». Опять «своим транспортом». А лошадей только семь… С помощью запасного полка и через «стрелку» мы вывезли двести раненых. Осталось еще около ста, но только восемнадцать совершенно нетранспортабельных. Их помогут отправить запасники.

10 марта началось «великое переселение». Отличное морозное утро. У штаба выстроилась колонна: пешая команда и четверо саней, запряженных клячами, на которые погружен наш «первый эшелон» — имущество. Все сестры и санитары, кого можно высвободить от раненых, снарядились идти пешком. Вещмешок, сухой паек на два дня — и с богом! Майор, Быкова, я, Чеплюк и еще трое человек из команды должны выехать завтра утром на машине — в нее мы нагрузили кухню и продукты. Погода такая, что снабжение может прерваться в любой момент. Без перевязок можно прожить, без еды — никак.

— Ну, воинство, трогай!

Пошли медленно — глубокий снег нанесло за ночь. Майор смеется:

— Как в Арктику отправляем!

Следующим утром выехали на машине и мы. До бани добирались два дня. Заносы…

Глава десятая

ВЕСНА И ЛЕТО. 43-й ГОД

1713801863_66268a877795d.webp

Наступление приостановилось, и медсанбат, который мы должны сменить, из Кубани не ушел. Мы жили рядом с ними еще десять дней. Перезнакомились и даже подружились. Они — гвардейцы. Гордые! Ведущий хирург в орденах — картинка.

Хорошие весенние дни. Проталины появились

на косогорах, уже грачи галдят на высоких ветлах. Типичная орловская деревня: домишки маленькие, в два оконца, крыши крыты соломой. Взяли деревню 6 марта, целенькую. Фронт остановился в пяти километрах. Слышны пулеметные очереди, артобстрел. По улице снуют солдаты в валенках, несмотря на сырость, ездят подводы — иные на полозьях, как зимой, другие — уже по-летнему, на колесах. Офицеры всех рангов: здесь стоят тылы дивизии.

21 марта наши друзья-медсанбатовцы вдруг собрались уезжать и ночью передали нам сто пятьдесят раненых, в том числе тридцать нетранспортабельных — после операций. Передача была простая: перенесли раненых из своих палаток в хаты, старшие сестры сосчитали простыни и носилки под нетранспортабельными — и до свидания! Правда, терапевт из госпитального взвода рассказал немножко о своих подопечных «животах», «грудниках» и «черепниках», что лежали у него в двух хатах.

На этот раз мы развернулись отлично. Соблюдены все элементы организации потока и гигиены, хотя мы еще далеко не в полном составе. В Угольной еще оставалась большая группа людей, часть имущества. Но было главное — время на развертывание и команда выздоравливающих, рабочая сила.

Мы открыли «Кубанский университет». Решили провести серию серьезных занятий с сестрами, изложить им основы военной хирургии. Наши девушки кончали только трехмесячные курсы и ничего не знают. Занимаемся каждый день по три часа. Кстати, к явному удовольствию майора…

Раненых поступает мало. Бои затихли совсем, сведения с других фронтов тоже неутешительные. Оставлены Харьков и Белгород. Зато наш родной Западный фронт перешел в наступление, освободили Ржев, Гжатск и Вязьму. У Бочарова в Калуге была работка!..

Приезжало начальство. Сначала хирург ПЭПа, тот самый усатый Вася Лысак, потом начальник ПЭПа — Xитеев. Вспоминал:

— Где ваша настольная лампа?

Всем остался доволен. Посидел в перевязочной, познакомился с девушками. Особенно понравилась ему Лида Денисенко.

Лида Денисенко и впрямь замечательная. Такой работницы я еще не видел. Притом очень милая. Я тоже «положил глаз». Хотя и отягощен отношениями с Лидией Яковлевной. Мужская природа и на войне

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.