Библиотека

Про Бабаку Косточкину-2 стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

пюпитр) и… после небольшой паузы… рояль… стал… играть.

1714487679_6631017f95a9e.webp

Я смотрел старое кино «Неоконченная пьеса для механического пианино», и то, что клавиши нажимались сами собой, меня не удивляло. Удивляло другое. Музыка, которую играл рояль концертирующего пианиста Котовича — этой звезды барнаульской филармонии, была чудовищной.

Я вытянул шею и заглянул в партитуру: «Людвиг ван Бетховен. Концерт до мажор № 1 для клавира и оркестра».

Но то, что играл красный рояль Котовича, было совсем не клавиром. Это было нечто иное, как собачий вальс! Даже мы с моими немузыкальными ушами это поняли. Я был потрясен.

Тем временем рояль закончил исполнение и, отдышавшись, спросил:

— Ну? Что вы об этом думаете, коллега?

— Это было хорошо, — солгал я.

— Так, так, так?.. — рояль явно напрашивался на комплименты.

— Не так чтобы громко, но и не тихо.

— Ну же! Ну!

— Быстро и в то же время медленно.

— Еще!

— Минорно и мажорно одновременно, что удивительно, — у меня заканчивались слова.

— А кульминация?

— А кульминация была очень кульминационной.

Вдруг крышка рояля радостно распахнулась, и из него выпрыгнул голый по пояс человек.

На нем были фрачные брюки и волосатая грудь, Этот человек схватил меня за локоть и сильно потряс:

— Благодарю вас! Благодарю, маэстро!

Я признателен вам до глубины души! Прошу вас, прошу! — человек потянул меня за собою в рояль.

Не успел я опомниться, как крышка с треском захлопнулась, и я оказался в кромешной темноте. Чиркнула спичка, и я увидел мерцающий огонек свечи.

— Сейчас мы будем пить чай, музицировать и спорить о гении и злодействе, — предупредил меня человек в брюках.

Мерцающий огонь свечи выхватил из мрака его бледное лицо, и мне стало не по себе. Оно было восторженное! Человек протянул мне стакан с чем-то синим.

— Вы пианист Котович? — спросил я, чтобы рассеять сомнения.

— Он самый, коллега. Самый что ни на есть Котович, — радостно засмеялся Котович. — Пианист.

— Вы меня простите, но мне кажется, вы меня с

кем-то путаете, — прошептал я, озираясь. — Я не коллега.

С лица Котовича сползла улыбка.

— А кто?

Я отпил из стакана синевы (по вкусу она напоминала шариковую ручку) и сказал:

— Я ваш сосед сверху. Я за хомяком пришел.

— Но у меня нет никаких хомяков! — воскликнул Котович страшным голосом. — Тут храм Музыки!

— Вы только не волнуйтесь, — сказал я. — Понимаете, Фома Фомич пропал. Я нашел горох и подумал, что он сбежал к соседям. Вероятно, он у вас…

— Я по-о-о-онял, — перебил меня Котович и нехорошо прищурился. — Это вас Собаке-е-е-евич присла-а-а-ал…

— Я не знаю никакого Собакевича.

Я пришел сам.

Мне совсем не нравилось, как смотрел на меня Котович. К тому же я уже понял, что Фомы Фомича тут нет, поэтому поспешил на выход. Но пронырливый Котович схватил меня за капюшон и зашептал в самое ухо:

— Передайте Собаке-е-е-евичу, что Котович так просто не сдастся! Не на того напали! Котович еще о-го-го! Котович еще жив, курилка! Котович еще всем пока-а-а-ажет…

Пока я бежал в тупой конец яйца, Котович все кричал. Мне даже стало его немного жалко. Я даже хотел вернуться и немного его успокоить. Но все-таки судьба Фомы Фомича волновала меня немного больше. Я решил покинуть квартиру несчастного пианиста, но поклялся себе навещать его по четвергам.

1714487679_6631017fbc188.webp

Глава

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.