Библиотека

Про Бабаку Косточкину-2 стр. 8

Размер шрифта
-
+
Тема

в этом.

— А в чем?

— В перелетном инстинкте. Я его в себе подавил — меня воробьи научили.

— По-нят-но, — по слогам сказал я, хотя совершенно ничего не понимал.

1714487680_6631018080208.webp

На меня вдруг нахлынула такая слабость, что я даже языком не мог пошевелить. Даже мизинчиком. И вдруг Гусь запел. Он запел сильным и приятным голосом. Текст его песни я привожу ниже дословно.

Песня моего соседа из квартиры № 23, Гуся

Ах, это, друг мой, не игра,

Быть голый — просто наказанье.

На мне ни пуха, ни пера,

Освоить вынужден вязанье.

Тебе скажу я, не тая:

В природе это случай первый.

Ах, что со мной?

Не знаю я.

Наверно, нервы, друг мой, нервы.

Нет у меня совсем друзей,

Виной тому всего лишь перья.

Мир не видал таких гусей,

А может быть, не птица — зверь я?

Но где тогда, скажите, мех?

Его ведь тоже нет на теле!

Мой вид смешил ужасно всех,

Всех-всех, кто знал меня доселе.

Быть может, чей-то в том каприз,

Что нет на теле оперенья.

Но хоть несчастен я и лыс,

Пишу пером стихотворенья!

— Вы, кажется, синеете, — Гусь вдруг перестал петь и уставился на меня.

— Синею? — я ужаснулся и стал судорожно ощупывать свое лицо. Вернее, это мне показалось, что я ощупываю. Мои щупальца, то есть пальцы, меня совершенно не слушались.

— Точно синеете. Ко мне вы пришли совершенно розовым. Телесным, я бы даже сказал, — Гусь тоже был ошарашен. — Кстати, зачем вы приходили?

— За-Фо-мой-Фо-ми-чом, — еле выговорил я. Мне не понравилось, что Гусь говорил обо мне в прошедшем времени и во множественном числе.

— Его тут нет, — ответил Гусь.

Но это я уже и сам понял. На синтепоновых ногах я кое-как подобрался к трюмо и увидел в нем свое отражение. Я был синим. С головы до ног истошно — синим, весь — кроме волос. Одежда тоже оставалась своего натурального немаркого цвета.

— Вы ели сегодня на ужин что-нибудь синее? — спросил Гусь, дотрагиваясь холодным крылом до моего синеющего лба. — Виноград, баклажаны, жимолость, плоды шелковицы, сливы, яйцо сильно вкрутую, сыр с плесенью, курицу из супермаркета, нет? Поганки? Медный купорос, тоже нет?

— Я-пил-си-ний-чай-у-Ко-то-ви-ча.

— У пианиста? Вы с ума сошли!

— Я думал, он с вареньем.

— Теперь пиши пропало, — сказал Гусь, заглядывая в мои поквадратевшие зрачки. — Теперь вы таким будете навсегда.

И тут я отключился.

Вот так:

1714487680_66310180adb66.webp

Глава 6

Квартира № 25

1714487680_66310180f35e2.webp

— Теперь он таким будет всегда, — сказал кто-то очень тонким голосом.

Это был не Гусь. У него голос был толстый, грудной. Я открыл глаза и увидел перед собой принцессу.

О том, что это принцесса, я догадался по короне на голове. Она была сделана из моркови. Принцесса была симпатичная — вся в оранжевом с головы до ног. Только рот у нее был крошечный, хотя это ее совсем не портило.

— Ничего не попишешь, — сказал Гусь. — Вот, он уже открыл глаза.

— Здравствуйте, о Мальчик, — поздоровалась Принцесса. — Господин Гусь приволок вас в мой дворец, вы не против?

— Приволок? То есть как?

— Волоком. Так вы за?

— Я? За что? — я никак не мог сосредоточиться. Смысл сказанных слов от меня то и дело ускользал.

— Значит, против, — Принцесса погрустнела. — Я же говорила, что нужно было его

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.