Библиотека

Рука Оберона стр. 123

Размер шрифта
-
+
Тема

1715000018_6638d2d2cfff0.webp

Она рассмеялась, затем сказала:

— Ты долго прожил без зрения.

— Да.

— Это может либо озлобить человека, либо даровать ему огромное счастье от того, чем он обладает.

Со дней слепоты я не задумывался над своими чувствами, чтобы понять, что я — первое «либо» в словах Виалль, даже если сбросить со счетов все обстоятельства, при которых я пострадал. Мне жаль, но вот такой я и есть, и мне — жаль.

— Верно, — сказал я. — Ты — счастливица.

— На самом деле это всего лишь состояние ума — нечто такое, что вполне может оценить Повелитель Тени.

Виалль поднялась.

— Меня всегда интересовали твои черты, — сказала она. — Рэндом описывал тебя, но это другое дело. Можно?

— Конечно.

Она приблизилась и положила кончики пальцев мне на лицо. Деликатно отследила лицо.

— Да, — сказала Виалль, — по большей части ты такой, как я тебя и представляла. А еще я чувствую напряжение. Оно давно держит тебя, не так ли?

— В той или иной форме, полагаю, с момента возвращения в Янтарь.

— Любопытно, — сказала она, — а был ли ты счастливей до того, как вернул память?

— Это один из тех некорректных вопросов, — сказал я. — К тому же я мог быть мертв, если б не вернул ее. Давай пока отложим эту тему, ведь уже в те времена возникали дела, что приводили меня в бешенство, тревожили меня каждодневно. Я постоянно пытался понять, кто же я на самом деле, что я такое.

— Но ты был более счастлив, чем сейчас, или менее?

— Ни то ни другое, — сказал я. — Равновесно. Это, как ты понимаешь, состояние ума. Но даже если это и неправда, я никогда не смог бы вернуться к той жизни — сейчас, когда я знаю, кто я, сейчас, когда я обрел Янтарь.

— Почему нет?

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Хочу понять тебя, — сказала она. — С тех пор, как я в Ратн-Я услышала о тебе, еще до того, как Рэндом рассказал эти истории, меня интересовало, что же гнало тебя к цели. Сейчас у меня есть возможность — не право, конечно, просто возможность, — и я почувствовала, что, может, проще спросить тебя.

Я расплылся в полуулыбке.

— Хорошо, принято, — сказал я. — Посмотрим, могу ли я быть честным. Сначала меня гнала ненависть — ненависть к моему брату Эрику — и желание трона. Спроси меня во время возвращения, которое из этих чувств сильнее, и я бы сказал, что это вызов трону. Хотя теперь… теперь мне пришлось бы признать, что все дело было в ином. Я не сознавал этого до последней минуты, но это правда. И Эрик мертв, и ничего не осталось от того, что я чувствовал тогда. Остается трон, но сейчас я вижу, что чувства мои к нему сумбурны. Существует вероятность, что при нынешних обстоятельствах ни у одного из нас нет на него права, и даже если избавиться от сомнений моей семьи, то сейчас я не стал бы его занимать. Сначала нужно восстановить в королевстве стабильность и ответить на гору

вопросов.

— Даже если в результате ты останешься без трона?

— Даже так.

— Тогда я начинаю понимать.

— Что? Что тут понимать?

— Лорд Корвин, мое знание философской основы мира ограничено, но я понимаю так, что вы способны найти в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.