Библиотека

Рука Оберона стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

сказал он. — Ты пришел в облике юного лорда Корвина, думая поколебать меня семейной сентиментальностью. Почему ты не выбрал Брэнда или Блейса? Клариссин выводок всегда служил нам куда лучше.

Я пожал плечами и встал.

— И да, и нет, — сказал я, решив кормить Дваркина двусмысленностями до тех пор, пока он будет принимать их и отвечать. Могло получиться что-нибудь полезное, и, похоже, это был лучший способ поддерживать его в хорошем настроении.

— А ты сам? — продолжал я. — Чей лик нацепишь ты?

— Что ж, чтобы добиться твоего расположения, я стану под стать тебе, — сказал он и захохотал.

Дваркин запрокинул голову, и, пока его смех гремел вокруг, на него сошло изменение. Он будто стал выше ростом, а лицо разгладилось, как парус в крутой бейдевинд. Горб на спине опал, как только Дваркин выпрямился и стал выше. Черты лица перекроились, борода потемнела. Стало ясно, что Дваркин каким-то образом перераспределил ткани тела, поскольку ночная рубашка, которая доходила ему до лодыжек, сейчас колыхалась на полпути вверх по голеням. Дышал он глубоко, а плечи его раздались. Руки удлинились, обвисшее брюхо втянулось, появилась талия. Дваркин добрался мне до плеча, затем — выше. Он взглянул мне в глаза. Одежда уже едва закрывала колени. Горб совершенно рассосался. Лицо последний раз дернулось, черты установились, успокоились.

Смех упал до хмыканья, прекращаясь в завершающей самодовольной ухмылке.

Я смотрел на чуть более худощавый вариант самого себя.

— Удовлетворен? — поинтересовался Дваркин.

— Не так уж плохо, — сказал я. — Подожди, подброшу пару поленьев в огонь.

— Сейчас помогу.

— Да нет, все нормально.

Я достал дрова из ящика у очага. Любая оттяжка времени чем-то да поможет, чтобы оценить его ответную реакцию на осмотр моей персоны. Пока я работал, Дваркин прошел через комнату к креслу и уселся. Когда я взглянул на него, то увидел, что он смотрит не на меня, а уставился в пляшущие тени, отбрасываемые свечой. Я возился с огнем, надеясь, что Дваркин скажет что-нибудь — что угодно. Чуть спустя он так и сделал.

— Что бы ни случилось с великим дизайном? — спросил он.

Я не знал, говорит Дваркин об Образе или о каком-то глобальном плане Папы, в который был посвящен. Так что:

— Спроси что-нибудь полегче, — сказал я.

Дваркин опять хмыкнул.

— Почему — нет? Ты изменил свое решение — вот как, — сказал он.

— Парад на маскарад… и что на что я разменял?

— Не насмехайся надо мной. Даже у тебя нет права насмехаться надо мной. Меньше всего у тебя.

Я поднялся на ноги.

— И не думаю насмехаться, — сказал я.

Я прошел через комнату к другому креслу и перетащил его поближе к огню, напротив Дваркина. Уселся.

— Как ты узнал меня? — спросил я.

— Место моего пребывания вряд ли известно широко.

— Это точно.

— Многие в Янтаре считают меня мертвым?

— Да, а прочие полагают, что ты путешествуешь в Тени.

— Понятно.

— Как ты себя… чувствуешь?

Дваркин подарил мне злобную ухмылку.

— Ты имеешь в виду, остался ли я сумасшедшим?

— Ты формулируешь более резко, чем мне хотелось бы.

— То исчезает, то усиливается, — сказал он. — Накатит, схлынет. В данный момент я — почти я… почти, я сказал. Потрясен твоим визитом, наверное… Что-то разрушилось у меня в голове. Ты знаешь это. Но иначе и быть

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.