Библиотека

Сказители стр. 429

Размер шрифта
-
+
Тема

– что уж тут говорить – такое началось, что дрожали земля и небо. Шелкопряд согласился давать своей старухе пятнадцать монет в месяц и выдал за два месяца вперед. С тридцатью монетами в кармане она уехала к себе в деревню, обронив перед отъездом, что вернется, мол, только вот не знает когда. Конечно, Шелкопряд был жалок, и мы уже собирались было посочувствовать ему, как дело приняло новый оборот. Он надумал вычитать пятнадцать монет на старую жену из тех сорока, что давал новой, говорил, что пятьдесят пять слишком для него накладно. Мы все радели за новую: не можешь обеспечить – не заводи двух жен. Вот из-за этого-то в конце каждого месяца и случался скандал, но тогда она еще не додумалась умирать на полчаса. В то время она нечасто уходила из дому, а вот когда Шелкопряд в упор ее спросил: «Зачем тебе сорок, ты что, двадцатью пятью обойтись не можешь?» – она и придумала выход – подалась играть в мацзян. Она тоже нашла что сказать: «Ты мне мое положь, какое твое дело? А не дашь, так я проиграюсь, тебе же платить придется!» Шелкопряд это проглотил, но деньги в конце месяца стал придерживать. Она тоже была не промах – могла дня по два, по три не вставать с постели; не встанет, пока не даст, а когда, бывало, раскошелится, опять вырядится в пух и прах и уйдет, распустив хвост, будто у нее никаких забот нет и в помине. «Ты покупаешь, я продаю – мы квиты», – словно бы говорила она. Прошло несколько месяцев, оказалось, что она беременна. Шелкопряду дети осточертели, у его старой жены было уже целых трое, и все сидели у него на шее. Ему как-то и в голову не приходило, что его новая жена тоже может родить. Шелкопряд делал вид, что не замечает ее живота: нравится рожать – рожай, я, мол, ничего ни вижу, ничего не знаю. Его это вроде бы совсем не трогало, старая жена, казалось, тоже не принимала событие близко к сердцу, однако приковыляла дня за два до родов поухаживать за новой женой. Шелкопряду как будто все это было по нраву: новая рожает, старая прислуживает – совсем недурно. Но когда чадо появилось на свет, старая жена показала, на что способна – решила расквитаться. Роженица лежала в растрепанных чувствах, ни жива ни мертва; старуха и решила, что настал час мести. Преспокойно усевшись у постели соперницы, она так пошла ее крыть, что та несколько раз лишалась чувств. Воды сладкой, что люди приносили, и то не давала. Отведя душу, она на третий день уковыляла восвояси, оставив новую жену на милость неба: пусть выкарабкивается как знает, она не собирается брать на себя ответственность за ее жизнь. Новая жена и сама жить не хотела, считала, что ей поделом досталось; она и сама рада была бы смерти. Не прошло и месяца после родов, как она сдуру наглоталась отравы. На этот раз до Шелкопряда дошло, что ему нет никакого расчета, если его супруга помрет – опять жениться – снова бог знает какие расходы; он пригласил ей врача. Мало-помалу она оправилась, а оправившись, вступила с ним в переговоры: ей, мол, дела нет

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.