Библиотека

В жаре пылающих пихт стр. 78

Размер шрифта
-
+
Тема

я жить хочу!

Как человек человека?! Ты? Меня? расхохотался тот, кто назвался Хардорффом. Ты чертов насильник.

Нет, умоляю!

Поздно, парень.

Один из стрелков разрядил револьвер косоглазого и, держа патроны, из которых от трех остались стреляные гильзы, сказал. Ты вроде кровью Христовой побожился, что в нас не стрелял.

Они рассмеялись, когда гильзы посыпались на землю.

Умоляю!

Смирись, гад, потрать последние вздохи на покаяние, на чистосердечное раскаяние! Твой путь на этой смертной и безнадежной земле – подошел к своему завершению.

Косоглазый опустил голову, сгреб в ладони землю, швырнул им в глаза и вскочил, задыхаясь и бормоча, опрометью помчался через лужайку, но был моментально застрелен. Пули со свистом влетали ему в затылок и спину, прорывая одежки, прошибали насквозь и вылетали в кроваво-красной дымке из груди и живота, выбрасывая наружу перемешанные внутренние органы и фейерверки крови, и косоглазый мальчишка, умолявший о прощении еще секунду назад, а теперь нашпигованный свинцом, с гримасой на обезображенном лице, еще пытался ступать, но перепутал, на какую ногу и, не удержавшись, рухнул в пыль. Четверо расселись по коням, Хардорфф громко извинился перед запершейся в доме женщиной за предоставленные неудобства; и они уехали.

Холидей некоторое время выжидал, что будет дальше. Он увидел, как молодая женщина с ружьем в половину своего роста выглянула из охотничьего домика, приоткрыв дверь; двор был устлан трупами и залит кровью. Женщина была красивой, с длинными волосами, чумазым лицом, тонкой шеей, она напомнила Холидею старую его сестру; облизывая потрескавшиеся от жажды губы, он понаблюдал, как женщина опасливо проходится по собственному двору, подходя к трупам, чтобы пнуть их, плюнуть и обругать. Холидей умирал от жажды, во рту было сухо как в пустыне, но рисковать столкновением с разъяренной дамочкой он не хотел, шанс получить заряд дроби был достаточно высок, поэтому он обогнул дом стороной, стараясь держать женщину в поле зрения; и когда она отошла далеко от домика, остановившись рядом с трупом застреленной собаки, Холидей прошмыгнул в приоткрытую дверь, быстро осмотрелся в поисках воды или хотя бы чего-нибудь съестного. В доме царил кавардак, и с порога Холидей зацепил ногой железный ковш, прогрохотавший в приступе смеха по деревянному, залитому кровью полу, на котором валялся еще один труп застреленного из ружья мужлана с раскуроченной грудью. Холидей застыл.

Кто здесь!? А ну выходи! Немедленно!

Он выглянул в окно, но женщина осталась стоять в отдалении, не решаясь приблизиться – он видел, что она направила ружье в сторону дома.

Я не причиню вам вреда! выкрикнул Холидей и, подумав, добавил. Клянусь! Я приличный человек! Я…

Кем бы ты ни был, пошел прочь из моего дома! Я считаю до трех! Выходи! Немедленно! Один! Два..!

Я просто хочу воды!

Холидей выругался, переступая через разбросанные предметы; стулья стояли, стол был перевернут; он прошел к окну и, открыв его, выпрыгнул с противоположной стороны дома, кинувшись прочь.

К вечеру Холидей очутился в небольшом городке, название которого недостойно упоминания хотя бы потому, что постоянно менялось; и к тому времени, как сии беззаконные края минует очередное столетие, этот захолустный городишко сменит еще тысячу имен, и приходящие сюда и уходящие отсюда будут выдумывать для него соответствующие своим делам имена; и каждое из них будет запамятовано, не сумев рассказать ни

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.