Библиотека

Хтонь в пальто стр. 94

Размер шрифта
-
+
Тема

хтоническими зубами на прощание, выныривает из-под моста и взбегает по обледеневшим ступенькам.

Ни к чему задерживаться. Завтра рано вставать.

Чудовище — это тоже чудо

1715611783_664228878dff0.webp

— Какое ж ты чудовище, — бормочет Вик, разглядывая в зеркале хтонический оскал, проступающий сквозь человеческое лицо. — Как тебя только выносят?

Раздражающе вездесущий, с вечной ухмылкой, напевающий песни в тему и не в тему — это же кошмар, а не друг и не возлюбленный! И ладно бы только это: в конце концов, можно взять себя в руки и сидеть тише воды ниже травы. А куда девать ощущение смертельного ужаса, запускающего ледяные пальцы в каждого, кто осмелится подойти?

Чудовище как есть — со всех сторон.

Правильно тогда Марина сверкнула глазами: «Мы что, в сказке, чтобы я встречалась с чудовищем?» Странно, почему до сих пор не оттолкнули другие: Лия, которая на всех свиданиях вынуждена слушать про смерть; Лютый, который боялся подружиться, считая Вика невероятным зазнайкой; Лена, которой Вик все нервы вымотал обещанием сожрать (и ведь действительно сожрал!). Неужели они мазохисты — его терпеть?

— Почему мои друзья совсем себя не уважают? — спрашивает Вик у зеркала. Зеркало, увы, не волшебное, поэтому лишь молча поблескивает в свете ламп. Зато хтоническая сторона подмигивает: «Вдруг им по душе твои чудовищные проявления?»

А чего гадать? Надо спросить наконец прямо, словами через рот: «Почему вы со мной дружите, разве я вас не раздражаю?» Вот так задачка, не правда ли?

— Не правда ли? — повторяет Вик, скалясь всеми зубами: и хтоническими, и человеческими.

Страшно? Еще как! Вдруг пелена очарованности спадет с глаз, и они действительно пошлют? Зато можно будет поставить в долгом внутреннем споре уверенную точку: я — чудовище, и терпеть меня действительно невозможно, уж тем более — любить.

Расхохотавшись для поднятия боевого духа, Вик переодевается в уличное, подхватывает рюкзак и выходит из квартиры; и пальцы, поворачивая ключ в замке, дрожат. С чем же он вернется домой?

1715611783_66422887b115b.webp

В кофейне многолюдно и шумно, будто на вокзале: неужели все сбежались на обед? Вик морщится: он не завтракал, надеялся взять кофе, а теперь наверняка голова разболится, придется идти в аптеку… А еще — в магазин за водой: Лена и вторая бариста носятся туда-сюда, то принимая заказы, то готовя в четыре руки. Разве можно их дергать, даже когда поток схлынет?

Вик забивается в дальний угол, обхватывает голову и закрывает глаза. Уж слишком приспичило поговорить с Леной. Ради этого можно и будущую мигрень потерпеть.

К двум часам люди наконец заканчиваются. Вторая бариста убегает в подсобку, Лена падает на стул у кассы, и Вик, проклиная себя

за назойливость и неуместность, выбирается из угла.

— Привет. Есть разговор.

— А если я не хочу есть разговор? — устало улыбается Лена, потирая глаза. Поглядите-ка, совсем страх потеряла, даже смущения — на самом донышке, не больше!

— Его буду есть я, — успокаивает Вик, — мерзко чавкая и действуя тебе на нервы. Вот, кстати, об этом: почему ты до сих пор меня не выгнала?

Нахмурившись, Лена встает со стула.

— А почему я должна тебя выгнать?

— Потому что я пристаю с глупыми вопросами, пугаю, раздражаю, за километр воняю ужасом и смертью… — перечисляет Вик, демонстративно загибая пальцы. — А, еще я раскрутил тебя на пожирание, вот. — И поднимает

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.