Библиотека

Журавушки стр. 115

Размер шрифта
-
+
Тема

Людей опасается. Не знает, как его встретят. Ну, понятно, что не хлебом с солью, не очень-то и рады будут. Да и кому радоваться, если никого не осталось…

Потоптавшись, он вытащил рубашку. Сбросил одежду, в которой приехал. Переоделся. Постоял, осматриваясь, потом сунул бутылку в карман и огородами подался на кладбище. Слово дал себе, когда вернётся, на мазарки сходит, бабку Матрёну и родителей проведает…

Долго пробыл Витька Орлёнок возле могилок. Раньше бывал, но с бабкой Матрёной. Не любил сюда ходить. Здесь мрачно даже в солнечный день. Могилки между берёзами, а кроны широкие, солнце закрывают, и поэтому на кладбище всегда был зелёный полумрак. И среди этого полумрака он заметил несколько журавлей, которые стояли, не шелохнувшись, словно часовые. Витька не стал отгонять их. Он уже слышал историю, будто в журавлей переселяются души солдатские. Так и будут они жить – мертвые, рядом с живыми. Так и станут курлыкать протяжно и печально…

Он потоптался возле заросших и провалившихся могилок. Поглядел на другие, как у них сделано. Скинул рубаху и принялся наводить порядок. Пока траву повыдирал, пока землю притащил да подправил, глядит, солнце в зените, а он и не заметил. Всё переделал, осталось лишь оградки да памятники покрасить – и всё на этом. И бабке Матрёне нужно памятник поставить. Крест подгнил, едва держится. А у матери и отца даже фотографий нет. И Витька решил, что заберёт со стены снимок матери и фотографию Сталина, съездит в ателье и закажет снимки на памятники и таблички сделает. Негоже, что они в безликих превратились…

Домой отправился и не смог пересилить себя. Не пошёл деревней, где много любопытных глаз, а завернул к речке. Скинул одежду. Поёживаясь, шагнул в воду. Охнул, скрывшись с головой. Вынырнул, отфыркиваясь, и саженками поплыл на другую сторону, как в детстве делал. Там была песчаная коса. Выбрался. Вздрагивая от холода, долго лежал на песке, подставляя под солнечные лучи худое синюшное от холода и наколок тело.

Лежал, о чём-то думая. Редкий раз вздрагивал, когда доносился чей-нибудь крик или гавкали собаки, а потом снова прижимался к тёплому песку, поглядывая по сторонам. Хорошо тут, как в детстве.

Давно было. Так давно, что уж забыл многое, а всё равно память возвращает туда, хочет он этого или не хочет. Казалось, не было детства, мало светлых дней и событий, а всё равно тепло разливается в душе, когда вспоминает. И сейчас из этих прожитых лет смешными кажутся ссоры и драки с пацанами.

Он переплыл обратно. Натянул на мокрое тело одежду. Взглянул на солнце и зажмурился. Хорошо-то как! Донеслись детские голоса. Витька хотел было уйти, но раздумал. Немного отошёл в сторону, чтобы не мешать, уселся на краю обрыва, закурил и стал смотреть, как пацаны купались, о чём-то спорили, и не обходилось без подзатыльников. Гляди ж ты, как в нашем детстве, закрутил головой Орлёнок. Ничуть не изменилось. Всё так же, как в прошлом, и даже журавли будто не улетали. Словно одни и те же кружатся над ними…

Неподалёку взбрыкнул бело-рыжий телёнок и помчался по вытоптанному кругу на привязи. А Витька помнил, что у них даже козы не было. Бабка Матрёна болела. Ноги не шагали, как она говорила, и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.