Библиотека

Журавушки стр. 59

Размер шрифта
-
+
Тема

которой не смогли разжать руки. Одним осколком – и сразу две жизни сгубили. Так и схоронили мать и дочку вместе…

Николай заелозил в окопе, устраиваясь поудобнее. Да, до конца дней своих будешь вспоминать эту проклятущую войну, всякий раз станешь провожать взглядом журавлей в небе, и сердце будет сжиматься от печального курлыканья. И до последнего своего часа будут приходить по ночам пгибшие ребята. И будешь подниматься в атаку вместе с ними, и в который раз будешь смотреть, как они погибают. Погибают, чтобы ты, Николай Ерохин, остался живым. И Николай заскрипел зубами, замотал головой и застонал протяжно и знобко.

Николай пошевелил сухим языком. Пить хотелось. Обещали воду подвезти, а что-то до сей поры не торопятся. Он прислушался. Со стороны фрицев слышен рев танков. Правда, видать, первыми танки пойдут. Посмотреть бы, да не выглянешь. Снайпер быстро в лоб чмокнет. Наши охотились на них. Вроде всех постреляли, ан нет, снова повылезали и на каждое движение стреляют и стреляют. Только и слышно, как пули посвистывают. А бывало, рявкнешь «Ура!», да еще так протяжно, вот уж фашисты открывали огонь. Кто во что горазд – стреляли. А наши разведчики сидят и крестики рисуют на картах, где и что у тех находится. А потом уж наши артиллеристы начинали стрельбу.

– Танки гудят, – кивнул он и ткнул пальцем, а потом вытер лицо, размазывая пыль по нему. – Видать, пойдут на прорыв. Командир сказал, что хватит отступать, пора упереться. Вроде пополнение должно прийти. Значит, будем драться до последнего. Правда, против танков с винтовкой не попрешь. Эх, гранаток бы побольше да пушечек, тогда бы посмотрели, чья возьмет. Но ничего, в нас столько злости накопилось, что мы с голыми руками на них пойдем, чтобы этих сволочей прогнать с родной земли. И прогоним!

Николай вздохнул и нахмурился. Неподалеку в бруствер окопа чмокнула пуля. Снайпер. Видать, где-то на холме укрылся и садит, покоя не дает. Ничего, и до них доберемся.

– Ну, драться – не рюмки за столом опрокидывать, – разглаживая усы, сказал Кузьмич. – Это от рюмок можно упасть, а нашего брата попробуй свали в драке. Посмотрим, кто кому холку намылит. Не они первые, кто совался к нам, и всем досталось на орехи. И с этими справимся, когда время придет…

Он вытащил кисет, развязал, заглянул и сокрушенно покачал головой – маловато табачку осталось.

Николай достал свой кисет. Ткнул локтем Кузьмича и протянул ему. Тут же к кисету потянулись солдаты, сидевшие с ними. С куревом было туго, а Николаю повезло, когда они проходили деревню. Какая-то сердобольная старуха, стоявшая возле дороги, всматривалась в лица солдат, словно искала мужа или сыновей, неожиданно протянула Николаю туго набитый кисет, перекрестила его и, опираясь на клюку, потихонечку зашагала в сторону околицы.

– Ну хватит, хватит, – заворчал Кузьмич. – Вон, руки загребущие! Свой бы так не крутили, а тут дармовой достался. Вот и норовят в палец толщиной скрутить.

И принялся быстро завязывать кисет.

– Пусть курят, – вздохнул Николай. – Может, в последний раз цигарку крутят. Слышите, танки в лесополосе? Наверное, к атаке готовятся. День и ночь ревут и ревут. Все больше и больше подходят. Готовятся, сволочи! Ничего, и мы не лыком шиты! Долго запрягаем, да быстро помчимся. Видать, запрягли,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.