Библиотека

Журавушки стр. 83

Размер шрифта
-
+
Тема

сторонам. Семен взглянул в сторону родительского дома и вздохнул.

– Что завздыхал, Семка? – сказал дядька Ефим Фадеев. – Я ваших видел. Тоже приехали. Дед Илья решил смотр устроить? Гляжу, при орденах идешь…

И ткнул в грудь, на которой посверкивали медали и два ордена.

– Матвей приезжает, – не сказал, а рыкнул Семен. – Батя велел приехать. Решил встречу устроить. Свинью нужно заколоть. На зиму откармливали, чтобы старики без мяса не сидели, а батя велел сейчас резать. Я бы Матвею сухой корки не подал. Ишь, объявился…

И зло сплюнул, взглянул на дядьку Ефима, тут же растер плевок и не удержался, следом заматерился.

– А что ты хочешь? – развел руками дядька Ефим. – Это же ваш брат и сын. Это родная кровь и от нее никуда не денешься. Что бы с ним ни случилось, все же радость в дом, все же он вернулся в родную деревню, к вам приехал, а не лежит в земле сырой, а ты хмуришься…

– Радость в дом, говоришь… – Семен набычился, взглянул на дядьку Ефима, но сдержался и сказал: – Может быть, было лучше, если в сырую землю лёг, чтобы журавушкой подняться в небеса, а он… А где он был, когда ты воевал, когда все мужики ушли на фронт? Когда мы всей семьей были на войне, когда по госпиталям мотались и снова отправлялись на фронт? Когда Мишку сбивали и он прыгал с горящего самолета, а потом переходил линию фронта, лишь бы к своим вернуться. А Федька в танке сгорел на Курской дуге, где в это время был Матвей и чем занимался, а, Ефим? Что молчишь? Я родителям не сказал, что Матвея видели в городе, а он даже носа не показал в родительский дом, а сразу же уехал обратно. А сейчас появился… Для чего, Ефим? Чтобы мы простили его? А поймут ли нас мужики, кто с войны вернулся, поймешь ли ты, и поймут ли бабы, у кого мужики не вернулись с войны, – не знаю… Всякий раз, едва появишься в деревне, за спиной начинаются бабьи пересуды. Одной на язык попадет – вся деревня знает. Один натворил делов, а отвечать всей семье приходится. Каждый норовит носом ткнуть. А, что говорить, сам все знаешь!..

И, махнув рукой, не попрощавшись, Семен направился к дому.

Дядьке Ефиму нечего было сказать. Он знал причину и не вмешивался. Нельзя давать советы, тем более в этом деле. Каждый разбирается в своей семье сам. Так было принято в деревне. И они разберутся. Помирятся или до конца дней своих запретят появляться сыну и брату в родном доме – это их дела и никто не имеет права в них вмешиваться. Какое вынесут решение, так и будет и никто не сможет его изменить – это семья. Так было заведено предками, так будет всегда…

Ефим Фадеев забрал лопату и грабли и скрылся в саду. Эх, война сволочная! Беда для всех. Одни храбро сражались, а другие ломались. Стержень внутри оказывался тонким, и они ломались.

Война далеко позади, и почему-то жалко становилось вот таких молоденьких, как Матвей, который был до войны вожаком у комсомольцев, речи пламенные говорил и старших поучал, а попал в водоворот войны и сломался. И некстати вспомнилось про Николая Карпова

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.