Библиотека

Аббарр. Песок и пламя стр. 490

Размер шрифта
-
+
Тема

следя, как старик выводит палкой узоры на чёрной земле.

– Маалтаар сделал выбор. Сколько б птица ни летала в небе, рано или поздно ей придётся выбрать ветку, на которую сесть.

– Он доверил свой выбор тебе, Ар Шаар? – с надеждой спросил Карш.

– Не успел. Сказал лишь, что Шаанарх – лучшее место, чтобы укрыть драгоценный таар.

Посох старика замер, и Карш разглядел в переплетении линий пса.

– А резчик пророс по ту сторону тусклого таара, – неопределённо кивнул в сторону старик. – Зарылся в глину, как краб в камни.

Карш поднялся, поблагодарил Старейшего и, прежде чем уйти, задал ещё один вопрос.

– Ар Шаар, ты говорил, что лунники вылавливают не имеющих душ. Разве такое возможно, чтобы тхару лишился духа, но сохранил разум и тело?

– Тело не клетка. Оно лишь сосуд. Какой таар ты бросишь в горшок, так он и будет греметь. Полный кувшин молчит, треснутый теряет свою цельность, а пустой – гудит тоской. Иногда можно вернуть лишь тело, иногда – потерять дух. Только когда кувшин пуст, он жаждет заполниться и охотнее всего впускает тени, лишь бы они забрали гнетущую пустоту. Тот, кто пришёл с тобой, полон Теней. Ты ищешь резчика, но резчик не наполнит кувшин, он может лишь запечатать пустоту, чтобы тени не проникли и не выползли.

* * *

О резчике Карш узнал от Ыргыха. Старик хвалил не только курительные трубки мастера, но отвары и порошки, способные успокаивать тело и дух. Шаман, как назвали бы его в песках Имола. Карш надеялся, что он поможет Марагу избавиться от дурных снов.

Глиняная хижина отшельника, круглая и кособокая, походила на спящего зверя. Цветастое шерстяное одеяло вместо двери, а внутри, за несколькими шагами полумрака, десятки огненных копий Орта, льющихся из маленьких круглых отверстий в крыше.

Карш испытал детский трепет, словно попал в лавку чудес. Кругом развешаны поделки и сырьё. Любое движение – ветра, птицы, тхару – и тишину разрывает глухой перезвон. Не сразу Карш разглядел иссушенную фигурку старика. Покрытый ломаными узорами света и чёрными орнаментами татуировок, мастер вырезал из выбеленной кости очередную диковинку.

* * *

Марево было невыносимым, хотя Орт ещё лишь взбирался на свой престол. Карш сделал глоток из фляги и притормозил Золотинку, дождавшись, пока гвар Марага не догонит его.

Однорогий бист напоминал перевяленный чавуки: под глазами залегли глубокие тени, плечи опущены, полузакрытые веки дрожат, а губы что-то бормочут. Слов не разобрать.

– Эй, напарник, ты как? – Карш наклонился и коснулся плеча Марага, отчего тот вздрогнул и закрутил головой.

Взгляд Марага непонимающе блуждал, петляя от гвару к гвару, падая в песок, и, наконец, ухватился за Карша.

– Опять сны? – сочувственно спросил Карш и протянул флягу. – На, попей.

Мараг моргнул раз, другой, остановил взгляд на фляге и кивнул:

– Каждый раз один и тот же, – фляга в руке тряслась, и больше воды пролилось мимо, чем попало в горло биста. – Песок оживает и набрасывается. А потом я блуждаю среди белых светящихся барханов, и лишь твой голос, Вэл Карш, вырывает меня из них. Но за мгновение до я вижу, как алый Орт плавится в синем океане. А потом океан отступает, и весь мир пылает багрянцем. Океан пылающей крови смывает меня, и в следующий миг

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.