Библиотека

Аббарр. Песок и пламя стр. 491

Размер шрифта
-
+
Тема

я просыпаюсь.

– А больше ты ничего не видишь? – Карш старался не выдать волнение.

Мараг неловко передёрнул плечами и вернул флягу.

– Оставь себе, – махнул рукой Карш, надеясь, что порошок шамана подействует. – У меня ещё есть.

Однорогий благодарно кивнул и сделал ещё несколько глотков.

– Образы ускользают, даже сейчас я почти не помню ничего, что грезилось. Но остаётся вязкий страх, – Мараг приложил руку к груди и стиснул камень омэйро, висящий под одеждой. – И его я забыть не могу.

– Знаешь, – Карш опёрся на седло. – Не успеет старик Орт усадить свой сияющий зад на престол, а мы уже пройдём через Золотые Врата Чёрного Цветка. А после, как сдадим гваров и тощие тюки, отправимся в лучшую таверну сектора Син. Как там называлось местечко, которое расхваливали наши приятели на валангу?

– «Гордая Лань», – припомнил Мараг.

– Значит, туда и пойдём. Не зря говорят, что Аббарр способен исцелять любые раны, были б «драконы» в кармане.

* * *

Аббарр встретил их величием стен и привычной суетой за ними. Гвары были отправлены на отдых, товар продан, песок смыт, а одежды – сменены на новые. И вот, после заката Карш и Мараг уже сидели за массивным деревянным столом, цедили вино и наслаждались отдыхом. Как они и ожидали, их золотые стражники были уже тут. Узнав, что бисты вступили под начало капитана Рионтару, Карш не удивился. Он давно не мерил талант и навыки по внешнему виду. А те, кто способен вырастить из котёнка валангу, явно способны были на большее, чем опрокидывать в себя кружку за кружкой да щипать подавальщиц. Вот как раз сейчас оба стража занимались именно этим: требовали у трактирщика хлеба и зрелищ.

– Вэл Карш, – Мараг, воспользовавшись тем, что они остались одни, наклонился к караванщику. – Тогда, в песках, вы спрашивали, что ещё я вижу. Я вспомнил, что вижу маленькую белую птицу, но огонь не превращает её в пепел, он словно огибает её. И самое странное – птичка отбрасывает тень. Огромную чёрную тень, похожую на дракона из сказок, и в этой тьме тонет всё.

– Пепел не горит, – задумчиво произнёс караванщик.

– Что? – не расслышал Мараг.

Карш кивнул и натянуто улыбнулся, шлёпнув Марага по плечу:

– Спасибо, что поделился, напарник. А теперь пора веселиться! – Караванщик кивнул на Калача и Плаша: один тащил восемь кружек хмельной лимры, а второй умудрялся охаживать четырёх девиц и держать в руке бутылку вина. – Этой ночью тебе будет явно не до сна.

Мараг покраснел и почесал сломанный рог.

– А вот и угощение! – Калач пустил по столу кружки, и тут же проворный подавальщик водрузил в центр блюдо с мясными и сырными яствами.

– Знакомьтесь, Тея, Дея, Зея и Талламиль, – Плаш произнёс все имена залпом, видать, не помнил уже, какое кому принадлежит.

Карш скользнул взглядом по точёным фигуркам девиц: все смуглые, три аллати с тонкими аккуратными рожками и одна (должно быть, Талламиль) остроухая силурийская элвинг. Карш нахмурился: разве такие, как она, не покидают стен «Силурийской Лилии»?

Вот элвинг махнула головой, чёрные волосы взметнулись, как крыло птицы, обнажив печать на шее – изящный огненный лепесток и три точки, образующие треугольник, клеймо квартала утех. Символ из заметок Отца.

Тея-Дея-Зея, оценив, как пристально караванщик смотрит на их товарку, разобрали оставшихся

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.