Библиотека

Берсерка стр. 11

Размер шрифта
-
+
Тема

Вигмарра или Виглафа. Все свободное время близнецы проводили с Мерет, рано или поздно ей придется выбирать. Гуннхильд задумалась: она любила своих сыновей одинаково. Но Виглаф был спокойным и рассудительным, люди называли его добрым. А Вигмарр… Вигмарр был выкован из стали, схваченной крепким морозом: неистовый и беспощадный в бою, скорый на гнев и на расправу. Рагнар подумывал передать близнецам один из своих кораблей и поставить Вигмарра вождем. Но Гуннхильд казалось, что люди охотнее пойдут за Виглафом.

В соседнем фьорде стоит двор Хродмара Гудмундсона, а у того есть сын, Кетиль, прозванный Книжником. Сам Хродмар, бывший некогда храбрым викингом, неохотно покидает двор, донимают старые раны. А вот семнадцатилетний Кетиль уже объехал полмира с торговцами, говорит на нескольких языках, даже по-ромейски разумеет. За то и кличут его Книжником. Год назад Гуннхильд видела парня на тинге, он ей понравился. Держится с достоинством, но просто, собой хорош, высокий, кудрявый, опять же, единственный наследник. Тем летом в вик ходил, взял добычу немалую. Хродмар тогда обещал прислать сватов, но что-то не шлет.

Задумано – сделано. Торвейг явилась перед Рагнаровы очи, встала у порога, скрестила руки на груди.

– Звал, отец? – спросила почтительно, наклонив голову.

– Ты вот что, Торвейг. – Рагнар встал, нахмурился. – Хоть ты и берсерка, а все ж над тобой моя воля. Моя и матери твоей. Слово мое такое: по осени принимай сватов и жениха выбирай. Неволить тебя не буду, кто понравится – за того и пойдешь. Главное, чтобы род был добрый.

Рагнар покосился на дочь. Торвейг упрямо наклонила голову:

– Нет.

– Чего – нет? – Рагнар рассердился. – А ну, говори толком!

Торвейг молчала.

– Это не твои слова, ярл, – донеслось от порога.

Оглянулись одновременно: Рагнар потянулся к мечу, а Торвейг – к ножу у пояса. Финка Рансу смирно сидела, скрестив ноги, у бревенчатой стены. Как, откуда?! Торвейг вошла к отцу одна…

– Не твои слова, – повторила Рансу, – а госпожи Гуннхильд.

– Как ты сюда попала? – свел брови Рагнар. – Через закрытую дверь?!

– Нет, – безмятежно ответила финка. – Вместе с Торвейг вошла. Я тебе глаза отвела. Первый раз получилось!

Торвейг хихикнула. Рагнар хотел разозлиться, но не смог. Гуннхильд не понять, но дочь-берсерка нравится ему больше просто дочери. Как будто у Рагнара не два сына, а три. Ярл встал, потрепал девушку по рыжей макушке, мимолетно отметив, что та почти с него ростом…

Сговорились так: все остается как было, но сватов Торвейг принимает, матери не дерзит, ведет себя скромно и почтительно, когда надо, надевает платье, а не портки мужские. Заплетает волосы и делает все, что положено делать ярловой дочери. В остальное время она вольна вести себя как угодно – есть из одной миски с рабыней, лазить по скалам, махать топором и бегать по бревну, бродить по лесу и плавать в море. Торвейг угрюмо кивала, Рансу улыбалась.

По осени Рагнар снарядил корабли. Торвейг умоляла отца взять ее с собой, но получила отказ.

– После возьму, – сказал Рагнар. – Когда еще чуть подрастешь. И сватов уже прими, уважь мать.

И уплыл. Торвейг долго стояла на берегу вместе с Гуннхильд, до тех пор, пока полосатые паруса не скрылись на горизонте. Впрочем, сыновей Рагнар тоже оставил дома и часть хирда оставил. Вик обещал быть коротким, к зиме вернутся.

Шли осенние дни, похожие один на другой.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.