Библиотека

Берсерка стр. 18

Размер шрифта
-
+
Тема

бросилась к сараю, готовая поднять тревогу, но увидела, что Торвейг спокойно спит. Погодив кричать, служанка помчалась будить Гуннхильд. И немало удивилась, когда госпожа, выслушав сбивчивый рассказ о том, как украли Рансу, приказала ей не мерзнуть больше и ложиться спать. Следить теперь не нужно.

Ночные гости бесшумно отходили к лесу. Все трое были без кольчуг – дело-то пустяковое для опытных воинов, но мечи на поясах носили. Скоро они скрылись за деревьями. Рансу продолжала биться, но силы стали ее оставлять, голова кружилась. Девушка попыталась запомнить путь, но разве разглядишь чего безлунной ночью, да еще болтаясь вниз головой? Впрочем, тот, что нес финку, сбавил шаг, задышал тяжелее, остальные тоже приостановились. Спешить было некуда.

Торвейг проснулась резко, как от толчка. Одеяло Рансу валялось на полу. Девушка вышла как была, босиком, негромко позвала подругу, прислушалась, позвала громче. Ночь распадалась на множество звуков: шум ветра в голых ветках, фырканье лошадей в конюшне, из кузницы доносились частые удары молота. Торгрим не спит, работает. Финки не было видно. Торвейг встревожилась, завертела головой по сторонам. И сама не зная почему, двинулась со двора. Уже выйдя за частокол, Торвейг внезапно поняла, что не видела ни одной собаки – на ночь волкодавов спускали с цепей, и они свободно бегали по двору. И было еще в сыром холодном воздухе что-то такое… угрожающее и одновременно влекущее, смутное, внятное не разуму, а нутру. Торвейг не успела ничего понять, а ее глаза уже стали глазами могучего зверя, четыре лапы мягко спружинили о мерзлую землю со слежавшейся жухлой листвой, шерсть на мощном загривке встала дыбом. Рыжая медведица шла по следу.

Шагов через пятьсот (Рансу считала) ее бросили на землю. Трое мужчин стояли над ней и негромко переговаривались. Финка села, подтянув колени к груди, сжалась в комок. Один из воинов протянул к ней руку… И все трое услышали негромкое утробное рычание большого зверя.

– Это что? – выдохнул самый молодой, безусый еще парень со сломанным носом, не забыв, впрочем, обнажить клинок. – Собаки?

– Какие тебе собаки, дурень, – пробасил могучий бородач, что нес Рансу. – Не было там собак…

Парень ничего не ответил. Не успел.

Ночная темень была прозрачна для глаз Торвейг в медвежьем обличье. Впрочем, она могла бы обойтись и без глаз, нюх безошибочно вел ее за теми, кто украл Рансу. И мечи в руках сильных мужчин ничуть ее не пугали. Стой Торвейг на двух ногах, она и то атаковала бы без раздумий, трое их там, пятеро или дюжина. Медведица прыгнула быстро и резко, ударила когтистой лапой, вспоров первому человеку живот, в ноздри ей ударил тяжелый, смертный запах крови и разорванных внутренностей. Второй успел увернуться – зубы оборотня щелкнули впустую, а третий накинулся сбоку, норовя вогнать меч зверю в ребра. Они все были охотниками, не раз и не два брали на копье диких зверей и, в общем, не слишком испугались неожиданного нападения. Только не сразу поняли, что сейчас медведица охотилась на людей.

Торвейг откатилась в сторону, встала на задние лапы, оказавшись на полторы головы выше немаленького мужчины. Вскинула голову к небу и испустила устрашающий рык.

Торгрим вышел во двор с ведром, намереваясь набрать воды. Молодому кузнецу не спалось, а теперь вот еще захотелось пить. У колодца Торгрим наступил на лежащую собаку, но

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.