Библиотека

Берсерка стр. 51

Размер шрифта
-
+
Тема

ты его дразнишь, – укоризненно шепнула Рансу на ухо Торвейг. Обеим не спалось, говорили о Кетиле. – Хороший парень. И мужем будет хорошим.

– Да ну тебя. – Торвейг легонько толкнула подругу в бок. – Ты прямо как матушка моя. Мне вообще не нужен муж… пока что. Я хочу на корабль! Хочу пойти в вик!

– А потом? После десяти походов? Когда ты станешь славной воительницей из саг?

– Ну, не знаю. – Торвейг смешно сморщила нос. – Тогда, наверное, можно и замуж. Только не за Кетиля.

– Почему?

– Мне другое нужно. Только я пока не знаю что.

– А поцеловать его тебе не хотелось? – не унималась финка.

– Кого?!

– Да Кетиля же!

– Нет, его нет, – быстро ответила подруга.

– А кого хотелось?

Торвейг сверкнула глазами, но ничего не сказала. Отвернулась, натянула на себя одеяло.

– Никого, ясно?

«А я знаю кого», – подумала Рансу, но спорить не стала. Еще бы фюльгю этого не знать. Торвейг и правда могла бы выйти замуж. Если бы захотела. И ходить вместе с мужем на корабле, говорят, такое случалось здесь, на севере. Есть женщины, которые сражаются наравне с мужчинами, это не редкость. Одна такая чуть было не убила Рагнара в поединке на острове двадцать лет назад. Но она приехала из-за моря, из страны русов, Гардарики. Вот бы поглядеть на ту Гардарику!

Слушая разговоры воинов Рагнара, Торвейг не находила себе места – так ей хотелось вступить на палубу драккара. Увидеть, как ветер наполняет полосатые паруса, как страшно щерится драконья голова на форштевне, почувствовать, как летят в лицо соленые брызги. А потом, конечно же, сойтись в морском бою с… ну, с кем-нибудь. Чтобы только противник был достойный, не какие-нибудь жирные купцы, в жизни не державшие в руках ничего тяжелее кошеля с монетами. Знай Торвейг о мире чуть побольше, она бы понимала, что торговые ладьи по неспокойным северным морям водят люди отважные и сильные духом. Умеющие при случае защитить себя и свое добро.

К великому изумлению Торвейг, брат отказался брать ее в свой хирд. Насладившись потрясенным лицом девушки, увидев, как алая краска заливает ее щеки, Вигмарр надменно пояснил, что на его корабле женщин не будет.

– Я берсерка! Думаешь, в бою буду лишней? – возмутилась Торвейг.

– Не будешь, я уверен. Ты будешь сражаться в первых рядах, только не на моем драккаре. На моем драккаре ноги твоей не будет. И финки твоей дохлой.

Сестра сжала кулаки и зубы. Бешено сверкнув глазами, Торвейг помчалась разыскивать отца. Как-то в разговоре Рагнар обмолвился, что возьмет ее в поход. Настало время подтвердить обещание.

Но и тут Торвейг ждала неудача. Рагнару порядком надоело, что его сын с дочерью не ладят. С Вигмарром тяжело, это точно, но и Торвейг могла бы не быть такой упрямой и вспыльчивой. С Мерет Вигмарр совсем другой, как-то ведь удается дочери Сигвата находить нужные слова.

Рагнар объявил берсерке, что с братом ей придется договариваться самой. Его слово на корабле будет законом для всех, Вигмарр сам отбирает людей в свой хирд. Пусть Торвейг докажет, что достойна. И не в рукопашной, не с топором в руках, а по-другому. Пусть научится понимать брата.

Свое возмущение Торвейг излила на Рансу. Маленькая финка сочувственно вздыхала, но помочь ничем не могла. Ее Вигмарр уж точно не станет слушать. Пожалуй, Рансу была последним человеком в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.