Чужая жена стр. 28
представляя себе, как под слоем химикатов, предохраняющих экспонаты от порчи, ей вдруг удастся натолкнуться на след чего-то дикого, неизведанного и далекого…
Однажды зимним утром она поднималась из хранилища в собственный закуток (если можно было так назвать отдельный стол в главном офисе) с коробкой геологических образцов под мышкой. Чтобы оттянуть неизбежную встречу с печатной машинкой, Мара решила сделать крюк и пошла в обход через главный выставочный зал. В такой ранний час она не ожидала здесь никого встретить и слегка опешила, завидев вдали силуэт высокого мужчины в легком костюме. Посетитель придирчиво рассматривал центральный экспонат зала — выставленного на постаменте слона. Не успела Мара приблизиться с обычным для таких случаев предложением небольшого рассказа о коллекции музея, как мужчина переступил канат ограждения и, присев на корточки, принялся изучать переднюю ногу животного.
— Извините, сэр, — бросилась к нему Мара, — но это запрещено!
Мужчина выпрямился во весь рост. Их взгляды встретились. У него были голубые глаза, сиявшие на загорелом лице, и выбеленные солнцем волосы.
— Да вот, хотелось поглядеть поближе, — очнувшись, вымолвил он.
Мара сразу уловила непривычный английский акцент. Удивительным образом он сочетался со старомодным, на ее взгляд, льняным костюмом. Мужчина пальцем указал на едва заметный неровный шрам, кольцом обвивавшийся вокруг серой ноги:
— Попал в браконьерский капкан.
— Бедняжка, — выдохнула Мара.
— Но это случилось еще в юные годы. Пока шрам был свежим, он сильно досаждал слону, и тот долгое время голодал. А погиб все-таки от пули. Вот этой. — Мужчина поднял руку и указал, где, по его мнению, было входное отверстие. — К тому времени он был уже немолод. Точнее, вышел из брачного возраста.
— Я вижу, вы хорошо разбираетесь в слонах.
Мужчина внезапно кивнул, одновременно измеряя взглядом длину изогнутых бивней.
— Можно сказать и так.
Мара попыталась вспомнить, не называли ли на последних собраниях имени какого-нибудь ведущего заезжего зоолога. Ученые выступали здесь довольно часто, используя музейные коллекции в качестве наглядного пособия. Но она готова была побиться об заклад: ни о какой знаменитости, прибывшей с лекциями об африканской фауне, речи не велось.
— Вы из какого университета? — не могла не поинтересоваться Мара.
На мгновение мужчина показался ей студентом, которого профессор озадачил неожиданным вопросом. Но в следующее мгновение в его взгляде мелькнула настороженность.
— Я вовсе не из университета. Я охотник.
Пришел черед Мары удивляться. Она знала, что где-то там, за стенами музея, должны быть настоящие охотники, которые время от времени выполняют заказы тех же музеев или зоопарков на отлов видов, понадобившихся для коллекции, но доставка, как правило, осуществлялась другими. Поэтому если Мара что-то и знала об охотниках, то только из книг. Видеть воочию ни одного из них ей не доводилось.
Она поймала себя на том, что невольно следит за каждым его движением. Вот он перебрался через канат обратно, затем подошел к задним ногам животного. Мару поразила кошачья плавность и легкость его движений. Она тут же представила себе, как осторожно он пробирается через джунгли с винтовкой наперевес.
Словно почувствовав ее взгляд, мужчина обернулся, и их глаза снова встретились. Мара смутилась. Ее поймали на том, что она вот так, в упор, глядит на незнакомца. Но он в ответ лишь улыбнулся.
Обмен взглядами затянулся. В торжественном безмолвии главного