Испытание молчанием стр. 97
из-под кровати и щекочет Винни ноздри.
«Садузаг», – находит она. Перед ней открывается изображение оленя. Сразу можно заметить, что художник был ленив и не стал прорисовывать все семьдесят четыре отростка рогов. Еще Вини сразу замечает, что, как и в случае с изображением вервольфа в Энциклопедии Воскресенингов, художнику ни капельки не удалось раскрыть грозный характер кошмара.
Под рисунком – статья. Она коротенькая, ведь садузаги далеко не самые распространенные в мире кошмары. Но в конце определения есть то, что искала Винни: ссылка на «Приложение».
Винни листает «Справочник» до конца, где после разделителя с порванным красным ярлычком есть еще одна вставка ксерокопированных страниц. На первой, тоже безыскусным почерком, Винни когда-то написала: «Приложение к „Справочнику кошмаров“: новые исследования, новые теории».
Ноги уже горят от сидения на корточках. Лампочка в шкафу мерцанием предупреждает, что все ее шестьдесят ватт вот-вот умрут. Винни даже умудряется порезаться страницей, посвященной исследованиям енотов-призраков в странах, где не обитают нормальные еноты.
И наконец Винни находит искомое: крошечное дополнение про садузага.
«Некоторые данные указывают на то, что садузага привлекают следы магии, как те, что остаются в местах, где колдовали дианы. Требуются дополнительные исследования».Вот она. Фраза, в которой сказано все, что нужно Винни.
Потому что это и есть связь! В гранитном котле в лесу кто-то колдовал, и вот почему туман сотворил там садузага.
Винни роняет «Справочник» с глухим звуком, напоминающим топот дролля, и полуползком, оскальзываясь, бросается к столу. Если взять все заклятия, описанные Мелетией Понедельникс – «Мунданус», «Сильву», «Эффузио», – могло ли какое-то из них оставить достаточный магический след, чтобы привлечь садузага?
Добравшись до стола, Винни распахивает книгу «Понимание источников: краткая история и руководство» в надежде это выяснить. Всего несколько мгновений уходит на то, чтобы найти страницы с описаниями разных чар… и затем еще пара секунд, чтобы осознать, что от списка Мелетии толку мало. Все так обобщенно, так упрощенно. Этого недостаточно, чтобы догадаться, какое из многочисленных заклинаний могло оставить достаточно мощный магический след, чтобы привлечь садузага.
Эх, если бы Винни могла заполучить книгу о заклинаниях! Мелетия часто ссылается на подобные книги, рассказывая, как светочам удавалось похищать эти редкие, особо охраняемые тома на протяжении истории. Оказывается, шпионы светочей, крадущие тексты заклинаний, стали такой головной болью для диан, что сто лет назад колдуны и ведьмы решили больше не доверять свои заклинания бумаге и с тех пор передают их из уст в уста.
Но все же книги существуют.
Вот бы Винни одну такую прямо сейчас! И не только для того, чтобы разгадать загадку и продолжить путь по папиным подсказкам… но просто ради знаний, которые могли бы в такой книге храниться! Это было бы как препарировать детеныша мантикоры на уроке анатомии кошмаров, даже лучше. Это был бы максимально близкий взгляд на внутреннюю кухню ее заклятого врага – врага, который является лишь человеком, как и она.
Винни снова берет линер. Рисуй, рисуй, думай, думай. Все нужные мысли прямо здесь, очень близко. Сырая нефть, готовая к перегонке. Уголь, готовый быть спрессованным в алмаз.
К ее перечню слов на В добавляется парочка на С: садузаг, следы.
– Что я знаю? – бормочет Винни и дописывает шестой пункт:
6. Садузаги притягиваются к следам остаточной магии.Ниже она рисует гранитные