Библиотека

Исход(ы) стр. 34

Размер шрифта
-
+
Тема

транспортировке нас (хотя эти ультра-мечтатели первыми выкупят места) на какую-нибудь планету, где наше дыхание будет замедлено и мы проживем намного, намного дольше. А пока мы захламляем единственную планету, которая у нас есть, и делаем жизнь будущих поколений непроживаемой. Есть еще легковерные граждане, которые полагаются на крионику. В этой области я не великий специалист, но на вашем месте не принимал бы поспешных решений. Фирмы, занимающиеся крионикой, приберут к рукам ваши финансы, заморозят вас, пообещав реанимировать, как только появятся инновационные технологии, а сами вопреки всем обещаниям будут транжирить ваши денежки без должного внимания к долгосрочным перспективам. Затраты на электроэнергию растут, одному из директоров фирмы требуется денежное вливание, и вот уже вы – слизь и кости в секуляризованной холодильной камере. Крионированные клиенты вряд ли смогут привлечь кого-нибудь к суду за халатность или нарушение условий контракта. Возьмем недавний случай со звездой бейсбола Тедом Уильямсом, который был крионирован Фондом продления жизни «Алькор». «К несчастью, хирурги „Алькора“, по сути, обезглавили спортсмена, просверлив отверстия в висках и случайно проломив ему череп в десяти местах». Вообразите, каково это: очнуться без туловища, да еще когда голова раскалывается. Все это – примеры скисшей американской мечты. Кто-то из друзей Эдит Уортон вывел идеальную формулу, которую всегда искал Голливуд: «трагедия со счастливым концом». В кино такое возможно, а в жизни – вряд ли.

4. Конец истории

Как рассказать историю с отсутствующей серединой? Сами понимаете: я об этом давно задумываюсь. И сказал бы, что такое намерение, быть может, и неизлечимо, но по крайней мере контролируемо.

Большинство писателей получают письма. Моя жена саркастически говорила, что я и писателем-то стал «ради того, чтобы получать письма». Я отвечал, а точнее, объяснял, что большинству писателей (хотя и не всем) хочется получать отклик на свои произведения не только от критиков и друзей. У меня есть правило: отвечать на все вежливые письма, но никогда не обнародовать свой адрес. В моей жизни был один сталкер – с меня хватило.

Письмо, озаглавленное «Голос из прошлого», пришло от Стивена. В нем сообщалось, что теперь, после досрочного выхода на пенсию (с какой такой службы – непонятно), у него появилось больше времени для чтения и он стал меня «наверстывать». Далее следовало несколько приятных фраз… под которыми я подразумеваю не похвалы, а скорее, то, чего еще больше ждет писатель после нескольких лет работы: верное истолкование и корректную оценку какого-нибудь своего произведения. (И под корректной оценкой я не обязательно понимаю хвалебную.) Встретиться он не предлагал, что, как мне помнится, было для него характерно. И я поймал себя на том, что мне его не хватает. Но так ли это? Во всяком случае, при виде его чрезвычайно аккуратного, хотя уже слегка нетвердого почерка на меня нахлынула ностальгия, смешанная с некоторым любопытством; поэтому я сам предложил встретиться и где-нибудь посидеть, когда он в следующий раз окажется в Лондоне. Он и в этой ситуации повел себя достойно: не нагрянул через несколько дней, а вышел на связь месяца через полтора. Встретились мы в баре привокзальной гостиницы и пробежались по основным вехам жизни каждого. У него – женитьба, один ребенок, нынче проживающий в Австралии, безболезненный развод; у меня – женитьба, бездетность, вдовство.

Он объездил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.