Библиотека

Калужские берега стр. 64

Размер шрифта
-
+
Тема

и помрёшь.

В те времена, рассказывал дед, русалки ещё встречались чуть ли не в каждой окской яме, наши рыбари их в лицо знали. Это затем шумные пароходы да теплоходы, особливо те, что на воздушной подушке, распугали речную нечисть, да земснаряды, что перерыли всё русло, заставили их убраться восвояси. Хотя кто знает…

* * *

Так вот, послал один родитель единственного сына Василия сторожить свой надел. А тот, пострел, заядлый рыбак был, о-хо-хо, прямо страсть как обожал удить рыбу. В первую ночь он вместо поля отправился на окский берег. Установил пару-тройку вершей и к утру принёс домой аж целую корзину подлещиков. А батя давай браниться на чём свет стоит: мол, бестолочь, ты где шлялся, опять кто-то помял нашу рожь, заломы наделал да оставил новые «ведьмины круги».

Пошёл Вася в ночное во второй раз. С вечера так решил: закинет сеть в Оку, а сам будет поле сторожить до первых петухов. Так и вышло. Как только первые звёзды выглянули на ночном небосклоне, стал парень обходить поле. Кругом тихо. Только кузнечики стрекочут на лугу. Слышит Василий: где-то девицы так сладко запели, правда, как назло, сорока мешает слушать – время от времени голоса перебивает. Заслушался парень, сел среди пахучих ромашек на межу, всего-то на минутку прикрыл глаза да и очнулся только поутру. Глядит, а рожь-то сызнова кем-то помята. Делать нечего, побёг на берег, проверил сеть, вынул двух сомов и айда домой, от отца нагоняй получать: что поделаешь, сам повинен, не исполнил службу…

Отправился парень в третий раз в поле. Решил для себя: будь что будет, но глаз не сомкнёт до утра. Бродил по меже туда-сюда. В полночь поднялся ветерок, на берегу Оки погасли костры рыбарей и бурлаков, посвежело, будто перед дождём. Вдруг совсем поблизости, среди нивы, сызнова затянули девицы унылую песню.

– Кто тут? – крикнул парень.

Никто не ответил. Он снова спросил, погромче:

– Кто тут? Сознавайтесь, лиходеи, а то хуже будет!

Безмолвие. В третий раз закричал во всё горло Вася:

– Ну-кась выходите сами, а то дубиной огрею!

Затихли голоса девиц, а сзади кто-то принялся щекотать Васю, да так умело и ловко, что принялся парень без умолку хохотать. «Русалочьи шалости, как я сразу не смекнул! – только и успел подумать бедный сторож. – Щас до смерти защекочет и в реке утопит, как слепого котёнка».

Собрался парень с духом и лишь только смог из себя кое-как выдавить одно-единственное словечко:

– Отпустите…

Отзывается женский голос:

– Попался, который кусался. Ведаешь, мо́лодец, что за участь тебя ждёт?

– Дык как не знать-то, чай, не последний дурень на селе.

– Хочешь остаться живым да здоровым?

– А как же, я ведь один-одинёшенек у родителей. Почитай, последняя надежда.

– Тады поначалу топай вперёд и башкой шибко не крути.

Вот пришли они в серёдку «ведьминого круга», а там их уже поджидают в белых длинных рубашках две то ли простоволосые девицы, то ли русалки: глаза у них блестят, а курчавые волосы, как пряжа, распущены по ветру. Обе босоногие и, главное, без юбок. В то время наши бабы так в деревне-то не ходили! Бродят они по кругу друг за дружкой и чёрную головню срывают со ржаных колосьев…

* * *

Мы наперебой стали

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.