Осколки чести. Барраяр стр. 354
предоставит?
— Вам грозит опасность из-за того, что вы нам помогаете?
Кустистые седые брови старика поползли вверх.
— Возможно. — Его тон исключал любые дальнейшие разговоры на эту тему.
«Надо срочно вернуть себе способность мыслить, чтобы служить окружающим поддержкой, а не обузой».
— Эти ваши гам-листья… они действуют как кофе?
— О, лучше, чем кофе, миледи.
— А мне можно попробовать?
«А вдруг это слишком наглая просьба?»
Кли насмешливо посмотрел на нее.
— Гам-листья — это утеха для всяких деревенщин, миледи. Хорошенькая столичная аристократка скорее умрет, чем станет пачкать ими свои белые зубки.
— Во-первых, я не хорошенькая, а во-вторых — далеко не аристократка. И сейчас ради чашки кофе я готова на преступление. Так что, если вы не возражаете, я попробую.
Он бросил поводья, порылся в кармане линялого мундира, достал кисет и, отломив кусочек плитки, протянул его Корделии.
Она с минуту колебалась, разглядывая малоаппетитное угощение на грязной ладони. «Воспрещается употреблять в пищу органику, не проверенную в лаборатории»-Корделия аккуратно собрала листья губами.
Гам-листья прессовали в брикет с помощью кленового сиропа, но после того, как слюна унесла первую сахарную сладость, вкус оказался приятно горьковатым и (бодрящим. Она села прямее.
Кли посмотрел на нее с интересом.
— Так кто же вы тогда, если не аристократка?
— Я была астрокартографом. Потом капитаном астроэкспедиции. Потом солдатом, потом военнопленной, потом беглянкой. Потом я была женой, а еще потом — матерью. Не знаю, кем я стану дальше, — честно ответила она, пережевывая гам-листья.
«Только бы не вдовой».
— Матерью? Я слышал, что вы были беременны, но… Разве ваш ребенок не погиб из-за солтоксина?
Старик непонимающе посмотрел на ее талию.
— Пока нет. У него еще есть шанс выжить. Так несправедливо, что уже сейчас против него восстал чуть не весь Барраяр… Он родился преждевременно. При помощи хирургической операции. — Корделия решила не вдаваться в подробности. — Сейчас мой сын в Имперском госпитале, в Форбарр-Султане. А Форбарр-Султан, насколько мне известно, только что захватили мятежники Фордариана…
Она вздрогнула. Лаборатория Ваагена строго засекречена, о ней никто не должен знать. С Майлзом все в порядке, в порядке, в порядке… Одной трещинки в этой хрупкой уверенности хватит, чтобы она впала в истерику… Эйрел — ну, уж Эйрел-то сам о себе позаботится. Как же получилось, что его все-таки застали врасплох? Несомненно, Имперская служба безопасности наводнена предателями. Доверять там никому нельзя. Где сейчас Иллиан? Схвачен или тоже продался Фордариану? Нет… Скорее всего, просто не смог связаться с Форкосиган-Сюрло. Как Карин. Как Падма и Элис Форпатрил…
— Госпиталь они не тронут, — сказал Кли, наблюдавший за выражением ее лица.
— Я… Да. Конечно.
— Почему вы приехали на Барраяр, инопланетянка?
— Я хотела родить ребенка. — Она грустно усмехнулась. — У вас есть дети, Кли-почтовик?
— Насколько мне известно — нет.
— Очень разумно.
— Ну… — лицо старика омрачилось. — Не знаю. С тех пор, как умерла моя старуха, стало так тихо. Знавал я людей, у которых из-за собственных детей была куча неприятностей — к примеру, покойный император или, скажем, граф Петер. Не знаю только, кто зажжет огонь на моей могиле. Может, племянница.
Корделия взглянула на Грегора, который сидел на седельных сумках и прислушивался к разговору. Грегор подносил факел к гигантскому поминальному костру своего деда; его руку в тот миг поддерживал лорд-регент