Пегас - не роскошь (литературные пародии). стр. 7
И в любви признаться на восьмой?!
Пусть любовь начнется. Но не с тела,
А с души, вы слышите, — с души!
Девушка со взглядом яснозвездным,
День настанет и в твоей судьбе.
Где-то, как-то, рано или поздно
Подойдет мужчина и к тебе.
Вздрогнет сердце сладко и тревожно.
Так чудесны девичьи мечты!
Восемь дней гуляйте с ним — и можно
На девятый перейти на «ты».
Можно день, допустим, на тридцатый
За руку себя позволить взять.
И примерно на шестидесятый
В щеку разрешить поцеловать.
После этого не увлекаться,
Не сводить с мужчины строгих глаз.
В губы — не взасос! — Поцеловаться
В день подачи заявленья в загс.
Дальше важно жарких слов не слышать,
Мол, да ладно… Ну теперь чего ж…
Ты скажи: — покеда не запишуть,
И не думай! Погоди… Не трожь!..
Лишь потом, отметив это дело,
Весело, с родными, вот теперь
Пусть доходит очередь до тела.
Все законно. Закрывайте дверь.
Бес соблазна
Посмотрите, как красиво эта женщина идет!
Как косынка эта синяя этой женщине идет!
Посмотрите, как прекрасно с нею рядом я иду.
Как и бережно и страстно под руку ее веду!
Посмотрите! Не напрасно вы оглянитесь, друзья!
Эта женщина прекрасна, но еще прекрасней я!
Эта женщина со мною! Это я ее веду!
И с улыбкой неземною это с нею я иду!
Посмотрите, как сияют чудных глаз ее зрачки!
Посмотрите, как сверкают на моем носу очки!
Как зеленое в полоску этой женщине идет!
Как курю я папироску, от которой дым идет!
Я не зря рожден поэтом, я уже едва дышу,
Я об этом, я об этом непременно напишу!
Я веду ее под ручку из музея в ресторан.
Авторучка, авторучка мне буквально жжет карман!
Я иду и сочиняю, строчки прыгают, звеня,
Как прекрасно оттеняю я ее, она — меня!
Мы — само очарованье! И поэзия сама
— способ самолюбованья, плод игривого ума…
Компромисс…
Когда б любовь мне солнце с неба стерла,
Чтоб стали дни туманней и мрачней,
Хватило б силы взять ее за горло
И задушить. И не писать о ней!
Итак, любовь. Восторг души и тела.
Источник вдохновенья, наконец!
И все ж был прав неистовый Отелло:
«Молилась ли ты на ночь?..» И — конец.
И у меня случилось так. Подперло.
Она сильна как смерть. Но я сильней.
Хватило б силы взять ее за горло
И задушить. И не писать о ней!
Но, полиставши уголовный кодекс,
Сообразил, что и любовь права.
И плюнул я тогда на этот комплекс.
И я свободен. И любовь жива.
Божественная комедия
А потом — ногами и руками
Оттолкнусь
— и в небо улечу!..
А я кусаю воздух вешний,
Я в небо лезу,
Как в окно!..
Когда меня враги распяли,
От дикой зависти дрожа,
Вы, паразиты,
Крепко спали,
Как спят
Ночные сторожа.
А я висел,
Кусая воздух
И поминая божью мать…
Потом
Бракованные гвозди
Стал потихоньку вынимать.
Прыжок мой был весьма удачен,
Я понял:
Больше не хочу!
А ну вас всех к чертям собачьим!.
Все надоело
— улечу!
Теперь
Я высоко чертовски!
Глотаю воздух, как насос….
Зови меня Иисус Горбовский,
А если хочешь — Глеб Христос.