Библиотека

Проклятие Шалиона стр. 173

Размер шрифта
-
+
Тема

сила моего внутреннего зрения значительно уступает вашей, но, бесспорно, Бастард снял сень своего присутствия с просвещенного Умегата.

– О нет, – выдохнул Менденаль.

– Вы уверены? – спросил Кэсерил. – Это не может быть ошибкой нашего с вами внутреннего зрения?

Она посмотрела на него и печально улыбнулась.

– Нет. Я прекрасно вижу ваше сияние. Я увидела вас задолго до того, как вы вошли в дверь. Быть с вами в одной комнате почти больно – ваше сияние невыносимо яркое.

– Значит ли это, что магия зверинца разрушена? – встревоженно всплеснул руками Менденаль. – Нам теперь нечего противопоставить проклятию?

Клара замялась.

– Умегат больше не управляет этой силой. Не знаю, передал ли

Бастард его полномочия кому-нибудь другому.

Менденаль с надеждой взглянул на Кэсерила.

– Например, ему?

Она нахмурилась и задумчиво поднесла руку ко лбу, словно защищая глаза от нестерпимого света.

– Если я и святая, как называл меня просвещенный Умегат, то весьма непримечательная. Если бы он в течение многих лет не учил меня, я бы думала до сих пор, что мне просто везет в моей работе.

Удача, однако, как отметил про себя Кэсерил, его самого отнюдь не баловала с того времени, как он попал в этот созданный богами лабиринт.

– Кроме того, Мать действует через меня только иногда. А лорд Кэсерил… сияет. С того самого дня, как я увидела его на похоронах лорда Дондо. Белый свет Бастарда и голубая чистота леди Весны… оба сразу… постоянное живое присутствие двух богов, и все это сплетается с какой-то темной субстанцией, суть которой я не могу понять. Умегат увидел бы лучше. Если Бастард и добавил еще света к тому, что уже было, я не могу этого определить.

Старший настоятель дотронулся до лба, губ, солнечного сплетения, пупка и положил ладонь с разведенными пальцами на сердце, пожирая Кэсерила голодным взглядом.

– Два бога, два бога одновременно! И в этой комнате!

Кэсерил наклонился и прижал руки к животу; пояс, впивающийся в тело, не давал забыть о таившемся под ним ужасе.

– Разве Умегат не поставил вас в известность о том, что я сделал с лордом Дондо? Разве вы не говорили с Роджерасом?

– Да-да, я имел также и беседу с Роджерасом – он хороший человек, но, конечно, не смог понять…

– Он понял лучше, чем вам кажется. В своем животе я ношу смерть и убийство. Чудовище, которое – насколько я понял – принимает не только психическую, но и физическую форму; чудовище, адская смесь из демона и проклятого призрака Дондо. Оно кричит по ночам голосом Дондо, используя самые грязные его выражения – язык ди Джиронала и при жизни был грязнее сточной канавы. У него нет иного выхода, кроме как вырваться из меня. Это не святость, это – мерзость.

Менденаль заморгал и отступил. Кэсерил стиснул голову руками.

– У меня кошмарные сны. И жуткая боль в животе. И ярость. А еще я боюсь, что Дондо просочится наружу.

– О боги, – пробормотал Менденаль. – Умегат сказал только, что с вами не все просто и что лучше предоставить вас ему.

– Не все просто, – тупо повторил Кэсерил. – Да, я еще не сказал вам о призраках?

То, что они казались ему самой малой из его тревог, наверняка тоже кое-что значило.

– О призраках?

– Ну да. Все

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.