Смертные души стр. 161
медицинские воззрения. Спасена наша больница. – Говорит он это, роняя обильные слезы.
Отрок-не-рыба шутливо повыше поднимает бутылку спиртного. Ты по ошибке думаешь, что он тебе предлагает выпить, и тотчас же выступаешь вперед. Но обезьяны окружают малыша с захваченными бутылями. Охваченный безудержной радостью Отрок-не-рыба пьет вместе с исполинским войском, смеется вместе с залитыми человеческой кровью дикими зверями. Все они – неискушенные, искренние дети. Ты жадно наблюдаешь за ними и будто признаешь в отраженном сиянии спирта самого себя, но в мыслях у тебя проносится проклятие: «Дурной отрок». Доктор Дато вместе с воинами заключает пленных в мертвецкий покой. Главред из «Газеты империи Абрикосовой рощи» готовит «Газету зеленого мира» и берется за сочинение экстренного выпуска о том, как «врачи всецело отвоевали больницу».
3. Пир в преисподнейВместе с Сяцюань вы пережидаете подле трупов. Вы наблюдаете, как исполинское войско бесстрастно, усердно отыскивает спрятавшихся больных. Найденных пациентов, невзирая на оправдания, умерщвляют. Содранные с больных белые халаты солдаты надевают на себя или переделывают в новые знамена, на которых рисуют Фобос. Все вернулось на круги своя и в то же время не вернулось к изначальной точке, а стало чем-то иным. В новом есть прежнее, в прежнем есть новое. Зеленая армия мира под сенью белых флагов множит победы. Больные выглядят высохшими деревцами, сидят они и ожидают смерти. Неизвестно, куда кануло все прошлое безумие. Одежды сдирают и надевают, надевают и сдирают, вроде бы они кажутся излишеством, однако во всей полноте обозначают связь между врачами и больными. Ты смотришь, как исполинское войско раздирает человеческие тела, больным с таким уровнем мастерства не сравниться. Обезьяны суют мохнатые лапищи в проемы, шарят и выдергивают органы. Органы – вот самое важное. Эти материальные вещи, напоминающие баклажаны и грозди винограда, можно применить в экспериментах, для пересадки, в обучении. Те же вещицы, которые невооруженным глазом не разглядишь, вроде нервов и капилляров, интереса у обезьян не вызывают. Такое по вкусу врачам-нейрохирургам. А вот кости не в почете. Слишком уж сложно устроены кости, поэтому-то к ним питают пристрастие врачи-ортопеды. Твари выполняют свои экзерсисы так, будто пациенты никогда и не были живыми, все делается без каких-либо сантиментов. Возможно, очень скоро запустят в производство новую партию смертных душ. И еще ты осознаешь, что, скорее всего, это заготовки для очередной переделки «Принципов больничного инжиниринга». Лишь современная анатомическая наука способна поставлять стоящий контент. Только на этот раз сменились главные действующие лица платформ.
Исполинское войско принимается расчленять остатки больных, получая из них потроха на кушанья. Клокочущим приливом раздаются глотающие звуки. Перед умерщвлением больных у них извлекают гены и сканируют воспоминания. Своевременно начнется новый раунд воскрешений.
Сяцюань замечает:
– Только так можно будет отстроить зал для выставления новых технологий и стадион под новые медикаменты. К тому же это еще и наставление тем врачам, которые предали больницу.
Твоя мысль сразу же переносится к тебе и этой женщине, опасливо спрашиваешь ты:
– И что же делать? – Ты рассчитываешь, что Сяцюань тебя введет в стан врачей и обезьян, чтобы ты раскаялся в прегрешениях, официально перешел на ту сторону и получил амнистию.
Однако дама заявляет:
– Хотела бы вернуться, да не могу. Эти оборотни уже и не прежние врачи. У них новая вера и новое чувство