Библиотека

Смертные души стр. 163

Размер шрифта
-
+
Тема

электрошок.

– А ты-то откуда знаешь? – спрашиваешь ты у Сяцюань.

– Мне профессор Ваньгу рассказывал.

– А кто я такой? И как я умер? – Про себя ты думаешь, что профессор Ваньгу давно уже почил. И он был еще более жалким, чем Эйнштейн.

Сяцюань качает головой. В это мгновение с купола что-то падает, разбиваясь с дребезгом. Окружающие, думая, что база вот-вот развалится, вскрикивают.

– Мы никуда не убежим, – выдыхаешь ты.

– Да и бежать некуда.

– Если миру остается всего пять минут, то что ты будешь делать?

– Сначала сам ответь: ты что будешь делать? – отвечает она твоим же вопросом.

Ты какое-то время интенсивно думаешь и наконец говоришь:

– Проведу их с тобой. – Ты предполагаешь, что если обезьяны захотят тебя убить, то Сяцюань может стать тебе живым заслоном.

– На устах мед, а в душе яд, – насмешливо замечает женщина.

– А ты? – спрашиваешь ты с возобновленной надеждой.

– Наемся и напьюсь. Пяти минут мне хватит.

– И ты любишь покушать. – Тебе не смешно. – Или можно еще возродить недуг.

– Эх, ты все-таки один из больных, знаешь, как втираться в милость к врачам. Только я тебя вылечить никак не могу.

– Да, я больной изначально, надо было спокойно переждать в палате. Сейчас, кажется, стало понятно, что смысл только в том, чтобы заболевать. Намного лучше жизнь сейчас, чем в древности. Но не научился я дорожить тем, что у меня было. Когда человек заболевает, он стаскивает с себя футляр, внутри него все уменьшается, а сверху из него прорастают досадно мелкие, колючие наросты наподобие бородавок или шишек. Больной ощущает себя как неправильно написанные слова, которые запросто вычеркивают или стирают. Только становясь больным, человек осознает, насколько бессмысленно блистать и афишировать таланты и преимущества, а отсюда рождается самоконтроль. Чем нестерпимее боль в теле, тем более обостренно реагируют усики органов чувств, позволяя человеку разобраться в действительности. Долго просидели больные на Марсе, а истину так и не познали. И вот это сильнее всего подавляет человека, но в том и заключается наиглубочайший урок. Более насущно то, что болезнь – самое мощное оружие в руках больного, и если он им овладеет, то сможет делать все, что заблагорассудится, не хочет на работу идти – не пойдет, захочет покапризничать – будет топать ножкой, захочет болтать вздор – будет нести чушь. Вот поэтому-то врачи решили убрать болезнь из тел больных, а это ведь ужаснейшее наказание. От такого бунты происходят. Недостаточно у нас времени, чтобы по-настоящему поболеть. – Ты невольно ощущаешь ненависть к военной врачихе. Сопоставляя Сяцюань с Дунлу, ты находишь, что с Сяцюань вы не достигли взаимопонимания без слов. Однако от женщины средних лет исходит запах, от которого человек впадает в неистовство.

– Малой Вэй, ты вот всю жизнь проболел, понял хоть что-нибудь? Сказал хоть что-нибудь? Что-то объяснить можешь? Какой толк врачам отбирать у больных их болезни? – В раздражении Сяцюань ударяет тебя по руке.

Ты и хочешь вставить пару фраз в знак протеста, но уже пал духом, вспоминая весь пройденный до этого момента путь. И в смерти, и в жизни ты не выносишь чрезмерного взвешивания каждого слова. По какому праву ты можешь что-либо комментировать? Скосив глаза на ее грудь, ты тихонько говоришь:

– Сяцюань, у меня была дочь, похожая на тебя. Когда я покинул ее, она еще

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.