Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

как змея, а затем бежит к другому холму — Трапезице. К крепости ведет узкая скалистая гряда с пропастями по обе стороны и тоже рассеченная глубоким ущельем. Такая крепость не могла быть создана по прихоти природы, она была плодом ума человека, его мечты.

В этом сказочном городе могли происходить события, о коих рассказывается в сказках. Говорят, например, что тридцать лет назад, когда ромейский император стоял осадой под Тырновом, один пастушонок по имени Литовой, вышел из крепости, повернул назад, но был схвачен ромеями. В бреду, в предсмертной агонии сказал он, что послан в Тырнов с радостной вестью — на подходе войско освободителей, болгар и куманов, бессчетное конное войско. В действительности же не было никакого войска, оно существовало лишь в голове мальчика, потерявшего от боли рассудок, и в отважном сердце его… Однако встречались мне в Константинополе и зрелые мужи, бежавшие из-под Тырнова потому, что углядели вдали тучи пыли из-под копыт того самого войска и сверкание копий. Позже, ночью, освещенной пламенем горящих осадных машин, все ромейское воинство обратилось в безоглядное бегство, и растоптанных оказалось больше, нежели павших от болгарских стрел.

Не знаю — если б не стоял я перед этим городом, перед этим миром, сотворенным не только руками человека, но и снами его и

мечтаниями, возможно, не сделал бы я того, что сделал в тот день. Когда я просил у Пэйра лютню, мелькнула у меня мысль, что, выдав себя за него, можно попытаться в его образе завладеть Книгою. Позже я отбросил эту мысль, точно горячий уголь — не хватало еще, чтобы меня заставили петь. Но нельзя ли представиться спутником Пэйра? Подлить в чашу истины каплю яда — лжи?

Клянусь, я даже не помню, в какой миг пришло мне в голову назваться именем погибшего альбигойца Бояна из Земена. Не помню и того, когда вспомнилось мне это имя. Наверное, оттого, что имя и образ, стоявший за ним, все время тайно жили в голове моей и сердце. Могло случиться, что болгарским богомилам этот человек был известен. Многие видели его со стен Лаверора. Но его имя преследовало меня, сто раз принуждало оценивать его поступок и считать его то героем, то безумцем, то глупцом.

Можно было явиться пред очи царя Борила и вручить ему послание папы Иннокентия. Борил уже знал обо мне — послал ведь Меркита мне навстречу. Но я решил отправиться туда, где ожидали Пэйра, и выдать себя за Бояна из Земена.

2

Въехав в Тырнов, тот самый город на берегу реки Этер, что раскинулся в белом подножье крепости Царевец, я оказался в другом, прежде не знакомом мне мире. Такого Тырнова я не видел прежде.

Я въехал в цирк, но цирк, построенный в лечебнице для душевнобольных. Он напоминал покойника, облаченного в яркие лохмотья, яростно терзаемого хищными зверями, источенного червями, тонущего в испражнениях и зловонии. Меня оглушил адский шум, от огня и дыма перехватило дыхание, бросило в пот от палящей жары. По запруженным людьми улицам прокладывала себе дорогу церковная процессия. Поражало число священников, выглядевших, по меньшей мере, иерархами — сверкали парчовые одежды, короны, жезлы. Крепость и река зажимали собой город, отчего дома громоздились один на другой, а на улицах

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.