Улыбка черного кота стр. 36
и крепкого парня. Конечно, пока он слаб и немощен, но доктор Сяо вернет ему крепость и силу, поможет восстановить здоровье и память. Он так решил, и именно так и будет.
У доктора Сяо, человека в стране известного, богатого — насколько это вообще возможно для Китая — и весьма востребованного пациентами, в предместье Пекина была собственная клиника. У нее имелось несколько направлений — пластическая хирургия, операции по омоложению лица и коррекции фигуры, а также исследовательский научный центр, в котором велись разработки передовых косметологических технологий. Это были технологии, связанные с пересадкой волос, кожи, ногтей, с пластикой определенных частей тела и некоторые другие новшества, не принятые пока в мировой медицинской практике. Соединяя западные возможности с приемами китайской народной медицины, доктор Сяо лечил также и богатых иностранцев, свято веривших в восточные духовные традиции, и методики его пользовались широкой известностью в Европе, в Америке и в соседней Японии.
Действительно, хирургия, наркоз, реабилитационные процессы — все было поставлено в клинике практически на мировом уровне. Но при этом любая процедура, любой комплекс лечения имели свой особый колорит, свойственный древним китайским практикам. Все это, а также разумные, с точки зрения иностранцев, цены и полная конфиденциальность лечения безусловно привлекали пациентов. Растущей популярности клиники способствовало и то, что после трагической гибели сына доктор Сяо полностью погрузился в работу: сделал огромное количество операций, завершил подготовку помощников и теперь, максимально загружая себя и днем и ночью, был готов отвечать за любую методику своей собственной репутацией и репутацией лечебного центра.
Судьба потерявшего память молодого человека потрясла его воображение. Выжить в такой катастрофе и оказаться брошенным и неопознанным близкими — за этим стояла какая-то драма, глубоко затронувшая сердце старого врача. Оформив документы, он перевез больного в свою тихую, светлую клинику, приставил к нему психолога и логопеда, учивших его говорить заново, и лично контролировал весь процесс лечения. Доктор Сяо видел, что юноша не китаец, но других логопедов и психологов у него под рукой не было. Да и какому языку, скажите на милость, он должен был учить этого человека, если тот сам не мог вспомнить, какая страна была для него родной и на каком языке он когда-то произнес свои первые слова?… И доктор решил, что молодому мужчине лучше иметь китайскую судьбу, чем вообще никакой. «Когда он выздоровеет, тогда и разберемся», — мудро решил врач и велел называть молодого человека коротким и несложным для китайского уха именем Ло.
У парня явно оказались способности к языкам, и специалистам по восстановлению речи было нетрудно работать с ним. Гораздо сложнее пришлось самому доктору Сяо, который после периода первоначального заживления ран и ожогов начал проводить операции по восстановлению лица. Он поочередно делал пластические пересадки тканей в области губ, носа, лба, ушных раковин (последнее оказалось особенно трудным)… Конечным этапом оказалась работа с волосами. У парня от природы были светлые, мягкие волосы, которые сохранились на задней части головы, и пересадка их заняла еще полгода.
Врача поражало, как отчаянно и отважно его пациент борется за жизнь, как быстро он восстанавливается после каждой мучительной операции, как в буквальном смысле слова меняет кожу: он вынужден был делать это, потому что судьба не оставила ему другого шанса, и