Библиотека

В жаре пылающих пихт стр. 30

Размер шрифта
-
+
Тема

Нет. Иди, откуда пришел. Деньги за голову этого индейца мои.

Глава 6. На корм свиньям

Горбоносый и сиксика с младенцем за спиной, оба верхом, в быстром темпе пересекли равнину по следам мульих копыт и обуви. У них ушло несколько часов на преследование, они не замечали вращения земли под копытами ездовых, и небо не простаивало на месте у них над головами. В первый час скачки плотный безветренный воздух накрыл их разгоряченным одеялом, роскошным саваном из облачной фольги, сквозь шляпу солнце жгло горбоносому зачесанные лысины. В своей колеснице оно двигалось по ипподрому неба, раздумывая над захватническими планами и возглавляя персональную военизированную коалицию; рдеющие чужим светом облака, состоящие в его подчинении, раскинувшись, как чудовищные щупальца во все стороны, на протяжении утра меняли очертания, уподобляясь странам и даже целым континентам; и лишь по прихоти солнца они беспрепятственно дрейфовали по нерушимой безводной синеве, выстраиваясь именно в такую картину, какую на политической арене хотели бы видеть мелкособственнические правители продажных государств, выдающих свои ничтожные притязания на всемирное господство за миротворческую миссию. Странники, против воли завороженно наблюдая за рассветом этой солнечной империи, на время забылись. Что камень в сердце своем остается камнем, сколько его не обтесывай – ничего не отыщешь, кроме камня. Так и солнце, сколько не проникай в его глубь – огонь и жар, а человек, сколько его не исследуй – тьма.

К полудню жаркая серебряная атмосфера потемнела и зазвенела моросью, и загудела порывистым ветром. И небесное светило затерялось в подшерстке набегающих туч, и сиксика заметил луну. Тусклое и изможденное лицо умирающего старика. На своем муле, а горбоносый на лошади, с возвышенности они оглядывали простирающееся во всевозможных направлениях бледно-голубое море отяжелевших песчаных валов, которые в своем стремлении к совершенству застыли, казалось, навечно. По их гладким отшлифованным равнинными ветрами скатам стелился рисунками и арабесками будто одушевленный песок, чьи скоротечные переливы и меняющиеся оттенки создавали впечатление непрерывно движущихся диковинных стад, то оживающих и легко скользящих подобно змеям, то замирающих в тягостном напряжении.

Их утомительная и бесцельная скачка в безбрежности затягивающего пространства длилась уже много веков.

Там! сказал сиксика.

Что? спросил горбоносый.

За мной.

Они приблизились к тому, что сбросили как лишний груз те, кто увел у них мула – бесформенный продырявленный мешок, от которого уходил след другого вора, по-видимому, местного грызуна; была тут картонная коробка с крупными иноязычными литерами, из которой воры забрали лепестки курительных растений; валялась неподалеку пара маракас из плодов игуэро с прожаренными семенами, которые длиннолицый хранил как память о молодости; и ларчики с солями, специями, высушенными гусеницами и жуками, которых длиннолицый употреблял с хлебом и алкоголем по знаменательным датам христова календаря; и домотканые мешочки с самодельной символикой для богослужений, принадлежавшие также длиннолицему; из узелка, развязанного горбоносым, высыпались десятки зубов с гнилью, которые длиннолицый, притворяясь церковным дантистом, выдрал по его собственным словам за прошедшие месяцы своих одиноких странствований среди прерий, утверждая тем простофилям, которые повстречались ему, что гнилой зуб – это чертоги нечистой силы и средоточие богопротивной мерзости. Он любил высыпать удаленные зубы в полупустую коробку, если такая подвернется ему по пути, и трясти ее, катать зубы по дну и вслушиваться в получающийся звук, и даже предложил при первой встрече

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.