В жаре пылающих пихт стр. 28
Скажи лучше, чего надо?
Кто тебе пообещал денег за голову индейца?
Белобрысый отклонился. Какого-такого индейца?
Ты знаешь.
Черта лысого я знаю.
Сколько получишь за него?
Белобрысый облокотился на спинку стула, а другую руку опустил под стол и принялся часто притопывать ногой.
Чем раньше скажешь, тем раньше я уйду.
А если я не скажу?
Тогда и я не уйду.
Я сам уйду.
Далеко не получится.
Не пугай меня.
А я и не пугаю. Просто не отпущу.
А я и спрашивать не буду. Уйду, если нужда припрет. Вот и поглядим, какими средствами ты меня останавливать будешь.
Ну, иди.
И пойду.
Негр не ответил.
Вооружен ты чем?
У меня только нож.
Только нож?
Этого хватит.
Сомневаюсь!
А ты не сомневайся – это дьявол. От него жизнью небрежешь.
Тьфу, вот что я думаю о твоем дьяволе!
Негр промолчал. Белобрысый улыбнулся и положил на край стола ребро ладони, а в руке держал направленный негру в лицо пистолет, рукоять из черного ореха, ствол круглого сечения по всей длине увенчан курносой медной мушкой; когда-то полированная фурнитура потерлась и утратила блеск. Другой рукой белобрысый сделал жест, словно демонстрируя фокус с исчезающей монеткой, проведя ладонью над оружием, и стальной курок оказался взведен.
Ну, а такое видал?
Да – и всегда кончалось одинаково.
Белобрысый выждал минуту.
Не вразумляет? Могу и кролика из шляпы достать.
Негр протянул руку через стол, взял его шляпу и примерил.
С ума сошел! Ненавижу, когда мои вещи мусолят. Проучить бы тебя, да вижу, что впустую потрачу день. У тебя, видать, от старости мозги в куриное дерьмо превратились – а дерьмо, как известно, на хлеб не мажут. Вот и я не буду.
Жизнью небрежешь, скрипучим голосом сказал негр, человеком небрежешь, хоть и сам человек. Ты и самим собой небрежешь. Но я тебя не убью, пусть ты ищешь смерти, но не от моих рук.
Белобрысый наклонился, глядя на старика:
Ты мне чью веру проповедовать вздумал?
Скажи, кто за голову индейца платит и где найти его, и я уйду.
Духом святым побожусь, старик, он перекрестился, спроси опять, и я у тебя во лбу дыру проделаю.
Опять слова. Но они в прошлом. Ты мог их произнести сегодня утром или в день сотворения мира. Они в прошлом, а мы здесь. И ты чувствуешь, что не хочешь поступать так, как сказано. Не уверен, что хочешь уйти в прошлое вслед за своими словами. По глупости сказал их. И теперь, я вижу, что ты пожалел о них.
Белобрысый поднял ладонь, думая утереть пот со лба, но передумал.
Я уйду, не пытайся меня остановить.
Одной пули мало, чтобы меня свалить.
Да?
Многие пытались.
Вот и я попытаюсь. Мало тебе, что нос отстрелили, я тебе еще и глаз вышиблю.
Убьешь старика? Не будет этого.
Ошибаешься. За тысячу долларов я с тебя три шкуры спущу и не поморщусь. Мне эти деньги как воздух нужны, а тебе столько не прожить, чтобы их потратить.
Столько за индейца платят?
Столько, да. Но тебе их не видать, как своих ушей. Все ты дела на этой земле грешной закончил? Семья у тебя есть, дети и внуки. Ведь если нет – ты сам